Историк

Перейти к содержимому

Главное меню

Культура болгар эпохи Второго Болгарского царства

Страны в истории > Болгария

Развитие феодальной культуры в период независимого  
существования Болгарского государства в конце XIIXIV в., как и в  
эпоху Первого Болгарского царства, характеризовалось всемерной
поддержкой со стороны государства и просвещенных  
представителей господствующего класса художественных ремесел,  
архитектуры, искусства и официальной, духовной и светской  
литературы.
Особенностями болгарской культуры того времени являлись
небывалое ранее многообразие ее проявлений, многократное  
увеличение числа культурных центров, гораздо более широкое  
приобщение к грамоте людей из простого населения, особенно  
городского, а вместе с тем и усвоение ее выдающимися мастерами
элементов народной культуры, фольклорных мотивов, музыки,  
орнамента. Яркой чертой, свидетельствовавшей о прочности  
исторической памяти народа, были бережное сохранение и  
дальнейшее развитие культурных традиций эпохи Первого Болгарского
царства. Для идейного содержания памятников литературы и  
изобразительного искусства XIIIXIV вв. характерны отчетливо  
выраженные патриотические мотивы, получившие широкое  
распространение в последнее полустолетие существования  
государства, когда османские полчища уже начали теснить его с юга
и юго-запада.

Сохранившиеся источники и данные археологии позволяют
судить, разумеется, прежде всего не о народной, а об  
официальной культуре, обслуживавшей потребности в первую очередь  
высшего социального слоя. Как и в любом ином феодальном  
государстве той поры, подавляющее большинство памятников литературы
и искусства Болгарии имело религиозное содержание или было
так или иначе связано с отправлением христианского культа.
От эпохи Второго царства сохранились крупные памятники
монументального культового строительства, из которых наибо-
лее известны церкви св. Димитрия, Сорока мучеников и св.  
Петра и Павла в Тырнове, епископская церковь в Червене, Поганов-
ский монастырь в Охриде, скальная церковь у села Иваново в
Русенском округе, церковь св. Георгия и Боянская церковь в  
Софии, церковь св. Ивана Алитургета в Несебре. Для храмов того
времени характерны две важнейшие особенности: они  
представляли по преимуществу крестово-купольные строения. Храм этого
типа быстро вытеснял базилику. Наблюдалась общая для той
эпохи на Балканах и Руси тенденция к сокращению размеров
храма и усложнению его внутреннего пространства. Общей чертой
было и увеличение декоративных деталей строений. Сама форма
кладки из пластинчатого кирпича-плинфы стала использоваться
как средство декора. Употреблялась с той же целью и поливная
керамика. Примерами таких храмов являются наиболее ранний
из них храм св. Димитрия (XII в.) в столице, Боянская церковь-
усыпальница севастократора Калояна (XIII в.) и церковь Петра
и Павла (XIV в.). Высокого искусства достигло и гражданское
строительство, особенно дворцов царей и домов высшей знати,
о которых можно судить по их остаткам в Червене, Варне, Мел-
чике и по раскопкам на возвышенностях Тырнова Царевце и
Трапезице. Множество даже простых горожан возводили свои
дома уже из камня.

Высокого развития достигло и крепостное строительство.  
Почти неприступными были укрепления Тырнова, Варны, Никополя,
Софии, Видина. Подлинной крепостью была так называемая
«Баба Бдин» резиденция Срацимира. В военных и торговых
целях строились и поддерживались в то время и дороги с  
каменным и гравийным покрытием.
Яркого расцвета достигли живопись, прежде всего  
монументальная, представленная храмовыми фресками, а также  
иконопись. Знамениты росписи скальной церкви в Иванове, храма
св. Георгия в Софии, Хрельовой башни в Рильском монастыре,
Погановского монастыря. Сложилось несколько местных школ
живописи (в Тырнове, Охриде, Софии, Несебре и др.). Причем
в Восточной Болгарии ощущалось сильное византийское влияние
(так называемого Палеологовского возрождения), осваивался и
развивался опыт мастеров Константинополя, Афона, Фессалони-
ки, тогда как в Юго-Западной сохранялись более старые местные
традиции.
Мастера той эпохи, особенно представители тырновской  
художественной школы, стали проявлять больше внимания к  
духовному миру человека. Эта школа играла ведущую роль.  
Произведения ее мастеров отличались более широкой цветовой гаммой
л более рельефной, объемной манерой письма. Всемирно  
известны относящиеся к 1259 г. изображения в Боянской церкви ее
ктиторов (основателей) севастократора Калояна и его жены
Десиславы. Изображения отличают реалистичность,  
индивидуальность (несомненная портретность) и одухотворенность. Жанровые
сценки передают детали быта, играющие роль естественного рек-
визита и лишенные условности. Всемирную славу имеют икона
Богородицы Элеусы (Умиления), созданная в XIV в. в Несебре,
а также портретные изображения Ивана Александра в скальной
церкви в Иванове, которым присущи нежные тона, элегантность
формы, т. е. черты, обнаруживающие связь с шедеврами  
константинопольской школы эпохи Палеологовского возрождения.
Богатством и разнообразием жанров отличалась в XIII
XIV вв. и книжная миниатюра. Наиболее полно она  
представлена в иллюстрированных евангелиях, псалтирях и переводных
с греческого византийских хрониках, переписанных для Ивана
Александра (Лондонское Евангелие, Томичева псалтирь, Мана-
сиева хроника).
Культурный подъем во время Второго Болгарского царства
особенно заметен в литературном творчестве, в котором  
доминировали также представители тырновской школы. Он был  
подготовлен восстановлением системы образования в Болгарии,  
осуществленным, видимо, уже Асенидами. Известно, что Калоян
отправлял юношей-болгар для обучения даже в Рим. Были  
возрождены церковные и монастырские школы, где учились будущие
священнослужители и государственные чиновники, а также  
архитекторы и строители, знание математики для которых  
являлось совершенно необходимым. В ряде школ учащихся обучали
и греческому языку. Немало воспитанников болгарских школ
продолжали затем свое обучение в монастырях  
Константинополя и Афона, где тесно общались с греческими, сербскими и  
русскими книжниками. Большую роль в совершенствовании дела  
образования сыграло повышение ранга болгарской церкви  
восстановление патриаршества в 1235 г.
Безусловно, основная масса литературной продукции того  
времени была представлена богословскими, литургическими и веро-
учительными произведениями, переведенными, как правило,
с греческого языка. Однако оригинальные памятники и этого
жанра создавались в Болгарии уже в XIII в. К ним может быть
отнесен «Синодик царя Борила», отдельные части которого  
являются по существу исторической хроникой. Велись в то время, по
всей вероятности, и летописи, на которые указывал в своих  
письмах к папе Иннокентию III Калоян.
Особенно напряженной литературная жизнь Болгарии была
в середине и во второй половине XIV в. Образованная публика
страны была охвачена богословскими и философскими спорами
(имевшими прямой выход на политику), которые разгорелись в
Византии между паламйтами (сторонниками мистика Паламы)
и варлаамитами (приверженцами Варлаама, основателя  
византийского варианта номиналистического философского учения).
Дискуссия шла вокруг учения об «исихйи» системе познания
бога посредством аскетического самоотречения и погружения в
состояние полного покоя. К этому звал Палама. Варлаам  
предпочитал как более верное средство разум, а также силлогизмы,  
логику. Вместе с победой Паламы (Варлаам был осужден в 1351 г.)
в империи восторжествовала реакция. Учение Паламы как  
официальная доктрина сыграло отрицательную роль в тот период,
когда обстановка диктовала необходимость мобилизации сил  
народа на борьбу с наступлением османов.
В Болгарии также победил паламизм, поддержанный  
патриархом Евфимием Тырновским, видным ученым и литератором,
искусным проповедником, авторитетным богословом и сильной
личностью.
Евфимию принадлежит несколько оригинальных сочинений,
прославляющих болгарских святых как патронов отечества
(жития Ивана Рильского, Илариона Могленского, Филофея, Пет-
ки Тырновской, а также ряд служб и похвальных слов).  
Написаны эти труды уже в последние ^десятилетия существования  
Второго царства, и их автор, выступавший с идеями патриотизма,
восхваления родины и утверждавший в сознании прихожан  
чувство гордости героическим прошлым Болгарии, все более  
отступал от прежнего увлечения исихазмом идеологией  
пассивности и бегства от жизни.
В целях исправления несовершенных переводов с греческого
богослужебных книг Евфимий осуществил реформу письменного
языка. Впервые со времен создания письменности были твердо
зафиксированы грамматические нормы болгарского языка,  
максимально приближенные к текстам переводов Кирилла и Мефо-
дия. Таким образом, из книг были исключены слова и огласовки
живой болгарской речи; старославянский превратился в чисто
богослужебный, литературный язык. Однако исправление  
Евфимием книг и разработанная им система перевода с греческого
новых понятий содействовали оживлению литературного обмена
между книжниками Болгарии, Сербии и Руси. Следы влияния
реформы Евфимия в этих странах несомненны.
Более широким в XIIIXIV вв. стал круг сочинений  
светского характера и их жанров. Немало произведений было  
переведено с греческого: наставления в добродетелях (Зерцала),
сборники поучительных изречений и пословиц (Пчелы),  
сказочные повести об Эзопе, повествование о царе Фоке и его коварной
жене Феофано. Так называемый «Бдинский сборник»,  
составленный для жены Ивана Срацимира, включал сочинения,  
прославлявшие добродетели женщины и отражавшие общеевропейские
мотивы рыцарского служения даме. В XIV в. велись летописи и
краткие хроники. Сохранилась летопись XV в., освещающая  
события с 1296 по 1417 г. В центре ее борьба с османским  
нашествием. Появились и местные хроники, например Несебрская
(на греческом языке).
Широкое распространение получили апокрифические  
сочинения. Некоторые из них носят следы богомильского влияния
(«Видение апостола Павла», «Детство Иисусово», «Слово об
Адаме и Еве», «Сказание о сотворении Адама», «Апокалипсис
Иоанна Богослова» и др.), а также разного рода гадательные
книги, громовники, трепетники, отражавшие нередко чаяния
масс и проникнутые социальными мотивами. В частности, в этих
сочинениях говорится о несправедливости существующих  
порядков и высказывается надежда на грядущее возвышение бедняков
и унижение богачей.
Богомилы как выразители социальных идей угнетенных  
постепенно сходили со сцены, их учение все более обретало  
мистический характер. Несмотря на то что богомилов периодически
осуждали на соборах (они теперь проповедовали по  
преимуществу в городах, а не в деревне, как это было в XXII вв.) и в
их проповедях еще звучали ноты протеста против социальной
несправедливости, богомильские общины превращались в узкие,
законспирированные еретические секты, оторванные от масс  
населения.
Как упоминалось, тырновская литературная школа не была
единственной, хотя и играла ведущую роль. Крупные  
культурные центры существовали также в Видине, Несебре, Варне,
в Бачковском монастыре, Средце. Все эти центры испытывали
влияние Тырнова. Иным было положение в юго-западных  
болгарских землях (в Охриде, Битоле, Скопье, Велбужде).  
Традиции староболгарской литературы хранились в таких монастырях,
как Рильский, Иоакима Осоговского, Гавриила Лесновского. Но
в целом в результате утраты Вторым царством этих районов еще
в 40-х годах XIII в. и решительного преобладания в Охридской
архиепископии греческого духовенства славяноязычная  
литература переживала здесь упадок.
Имеются данные и о богатом народном фольклоре в Болгарии
XIIIXIV вв. Создавались легенды и предания о народных  
героях, воспевались подвиги «юнаков» борцов за свободу народа
и защитников от внешних врагов. Так, были созданы песни о
Момчиле. Сохранились фрески с изображениями музыкантов,
играющих на народных инструментах тут представлены и  
«солисты» и «ансамбли». К сожалению, из видных музыкантов  
начиная с середины XIV в. известно лишь имя Иоанна Кукузела
(болгарина, происходившего из Драча), композитора,  
музыкального теоретика, реформатора церковного многогласия, внесшего
большой вклад в развитие хорового пения и смело  
использовавшего мотивы народной болгарской песни.
Культурные отношения Второго Болгарского царства  
отличались особенно широким охватом и интенсивностью. Наиболее
тесными они были с Византией. Болгарские культурные центры
(прежде всего Тырнов) служили своего рода творческими  
мастерскими, в которых усваивались и перерабатывались  
достижения византийской культуры и искусства и передавались отчасти
на Русь и в Сербию (помимо тех связей, которые эти страны
имели непосредственно с Византийской империей).
Культурные отношения Болгарии с Русью значительно  
окрепли. После установления на Руси монголо-татарского ига часть
культурных деятелей Руси нашла убежище в Болгарии,  
включившись в ее культурную жизпь. В свою очередь, после падения
Болгарского государства многие его выдающиеся деятели  
культуры нашли приют на Руси и внесли свой вклад в развитие ее
культуры. Разнообразная и активная культурная (прежде всего
литературная) деятельность выходцев из Болгарии и  
распространение ими староболгарской литературы содействовали  
значительному культурному сближению Руси и Болгарии, являвшемуся
характерной чертой духовной жизни русского народа в ту эпоху.
Так, соратник и последователь Евфимия Тырновского Кип-
риан в 1375 г. стал митрополитом Киева, а с 1390 по 1406 г.  
являлся митрополитом Москвы и всей Руси. Ученик Евфимия  
Григорий Цамблак, плодовитый церковный писатель, писал свои
труды и занимался активной пропагандой староболгарской  
литературы не только на Руси, но в Византии и Сербии.  
Содействовала культурному сближению народов Балканского полуострова
и Руси также деятельность Константина Костенечского, одного из
наиболее талантливых учеников Евфимия. Защищая реформу
правописания своего учителя, он создал апологию «Разъясненное
изложение букв». (Кстати говоря, именно Константину  
принадлежит первый опыт при обучении чтению произносить звуки,
обозначаемые буквами, и не заучивать самого названия букв «аз»,
«буки», «веди» и т. д.) Константин долго жил в Сербии и внес
немалый вклад в развитие ее литературы.
Культурный расцвет эпохи Второго Болгарского царства  
происходил одновременно с постепенным упадком самого  
государства. Высокий накал духовной жизни общества был во многом  
вызван возросшей угрозой порабощения Болгарии чуждым во всех
отношениях завоевателем. Он объяснялся также активным  
культурным взаимодействием народов Балкан, переживавших общую
османскую опасность. Взаимное проникновение греческой  
(византийской) и южнославянской культуры никогда не было столь
глубоким и плодотворным, как именно в ту эпоху.
Серьезное значение имело также то, что в XIIXIV вв.  
болгарская народность как этническая общность упрочилась. Степень
ее этнополитической консолидации стала гораздо более высокой.
Культурные традиции Первого царства оказали большое влияние
на развитие культуры в период Второго царства. Одним из  
убедительных свидетельств наступившего нового этапа в  
этнокультурном развитии является появление понятия «болгарский язык»
в качестве средства общения, беседы, разговора (вместо  
употреблявшегося ранее в этом смысле термина «славянский язык»).
Роль болгарской культуры Второго царства неоценима в  
укреплении болгарского этнического самосознания, ставшего одним
из могущественных факторов выживания и сохранения  
болгарским народом своей индивидуальности в эпоху османского  
владычества.

Назад к содержимому | Назад к главному меню