Историк

Перейти к содержимому

Главное меню

Помешать укреплению монархо-фашистской диктатуры!

Страны в истории > Болгария

В складывавшейся в 1936 г. расстановке политических сил  
существенное значение имела позиция БЗНС наиболее массовой,
хотя и расколотой на отдельные фракции партии, каждая из  
которых частично сохранила свой легальный аппарат. Со времен
А. Стамболийского руководство и БЗНС-«Врабча-1» и БЗНС-
«Пладне» поправело, но в целом это были антифашистские  
демократические (особенно БЗНС-«Пладне») организации, за  
которыми шли значительные массы и которые сохраняли большой
политический авторитет. В партнерстве с ними были заинтересо-
в аны не только коммунисты. Царь Борис, например, в  
стремлении разоружить БЗНС как антифашистскую организацию  
вынашивал в первой половине 1936 г. идею политического сближения
БЗНС с фашистским «движением» А. Цанкова, причем  
заманивал лидеров той и другой партий возможностью совместного
сформирования кабинета министров. Цанков настолько возжелал
этого, что даже убрал с руководящих постов НСД некоторых
наиболее реакционных деятелей. Однако, к чести лидеров БЗНС,
они отказались обсуждать подобные политические комбинации.
БЗНС был также в центре внимания руководителей  
буржуазных нефашистских партий, считавших, что привлечение на свою
сторону такого союзника, как крестьянская партия, обеспечит
им политическую и социальную поддержку и, кроме того, лишит
коммунистов возможности создать свой народный фронт. В  
общем этот маневр удался: в мае 1936 г. было объявлено о  
создании так называемой Пятерки в составе лидеров БЗНС-«Врабча-
1», «Демократического сговора» (последователей Ляпчева),
БРСДП, Национал-либеральной и Радикальной партий.  
Получился своеобразный единый фронт мелкобуржуазных и буржуазных
партий, но без коммунистов: сказывались последствия  
многолетней политической вражды между ними и БКП.

29 мая «Пятерка» выступила с меморандумом, обращенным к
царю, требуя немедленного восстановления Тырновской  
конституции и проведения выборов в парламент на ее основе. Этот шаг
означал резкую конфронтацию буржуазной оппозиции с  
правящими кругами. Она была тем более опасной для царя, что  
меморандум, хотя и с некоторыми оговорками, был одобрен РП,
а выступление оппозиции произошло на фоне оживления рабочего
движения в стране и усилившейся стачечной борьбы. Монарх,
однако, сумел быстро овладеть положением. Ему, правда,  
пришлось дать обещание провести выборы в парламент, но ни на  
какое правительство «Пятерки», которое могло бы изменить  
существующий режим, Борис III не пошел. 4 июля 1936 г. был  
сформирован новый кабинет, в него царь включил двух цанковцев.
Началось новое наступление реакции против демократии.  
«Пятерка», не сумев добиться успеха тактикой морального нажима на
царя и не будучи в состоянии обратиться к другим формам  
борьбы, вынуждена была отступить.

Неудача выступления «Пятерки» с меморандумом, а также
появившееся у ряда буржуазных деятелей стремление к  
компромиссу с властями, с одной стороны, и все более частые примеры
единства действий трудящихся на местах с другой, все это
заставило некоторых членов «Пятерки» пересмотреть свою  
тактику. Под нажимом левых социал-демократов БРСДП пошла в
июле 1936 г. на подписание соглашения с коммунистами,  
которое вместе с соглашением между РП и левицей БЗНС-«Пладне»
создавало основу для организации народного фронта «сверху».
Влияние коммунистов возрастало и благодаря тому, что они  
сумели организовать легальное издание ряда газет и журналов об-
щедемократического направления, а газету «Трибуна» издавала
совместно с девицей БРСДП от имени народного фронта.
Новая ситуация испугала лидеров буржуазной оппозиции:
опасность упустить из-под своего контроля партии  
мелкобуржуазной демократии стала реальной. Во избежание этого они  
попытались консолидировать оппозицию монархо-фашизму по  
принципу многовалентности, т. е. подключив к «Пятерке», с одной
стороны, А. Цанкова и допустив в нее РП в качестве  
наблюдателя с другой.
Такое развитие событий показывало, что победа Бориса III в
столкновении с буржуазной оппозицией в мае 1936 г. была едва
ли не эфемерной. Между тем надо было выполнять царское  
обещание о проведении выборов в парламент. Отчасти они былгг
нужны самому монарху, чтобы таким образом легализовать  
складывавшуюся структуру монархо-фашистской диктатуры. Но  
сведения о настроениях населения, его отношении к запрещенным
партиям и о фактическом организационном состоянии этих  
партий, сбор которых был поручен специальным агентам, оказались
настолько неутешительными, что Борис III на большее, чем  
политическая разведка, не решился: выборы были объявлены, но
не на октябрь 1936 г., как обещано ранее, а на март 1937 г.,
и не в парламент, а в местные органы власти, к тому же на  
основе нового избирательного закона. По этому закону выбирать
предлагалось только общинных советников; должность же  
кмета главной фигуры в местных органах власти оставалась,
как и прежде, назначаемой на неограниченный срок. В руках
кмета находилось утверждение кандидатов на пост общинных
советников, причем каждый из них должен был подписать  
декларацию о том, что он не принадлежит ни к какой партии. Для
того чтобы не допустить промашки, полицейские органы  
проверяли накануне выборов благонадежность самих кметов.
Властям было чего опасаться. В конце 1936 г. силы,  
боровшиеся за восстановление демократии, сумели выработать общую
платформу. Таковой стал манифест под названием «Всенародное
требование», обращенный на этот раз не только к царю, но и к
народу. С достижением соглашения о сотрудничестве между
«Пятеркой» и компартией дело мобилизации антифашистских сил:
значительно продвинулось. Манифест стал первой согласованной
программой народного фронта в Болгарии. Хотя в этом фронте
ведущей в организационном отношении была «Пятерка», его  
«мотором» стали коммунисты. Они приняли самое активное участие
в кампании по сбору подписей под «Всенародным требованием».
Всего было собрано несколько сот тысяч подписей. В ходе  
кампании популяризировалась программа народного фронта. На  
основе этой программы в январе 1937 г. «Пятерка», РП, БЗНС-
«Пладне» и Демократическая партия договорились о совместном
выступлении на выборах. Вместо выдвижения своих кандидатов
партнеры решили призвать избирателей голосовать бюллетенями
с лозунгом «Восстановить Тырновскую конституцию!», надеясь
тем самым превратить выборы в плебисцит против монархо-фа-
шистского режима. Но это оказалось тактическим просчетом, так
как избиратели не поняли смысла их участия в выборах в такой
форме, да и возможности для предвыборной агитации у  
антифашистской коалиции были ограниченными.
Для пущей уверенности в своем успехе власти не только  
осуществили в феврале марте 1937 г. многочисленные аресты, но
и сами выборы провели в разное время в четыре срока с  
недельными перерывами (с этой целью страна была поделена на
четыре зоны). Таким образом в каждой из зон в день выборов
легче было сосредоточить полицейские силы. Выборы,  
растянувшиеся на весь март 1937 г., силам демократии выиграть не  
удалось, хотя против ставленников ^режима в городах проголосовало
всего 25% избирателей, а в селах19%. Для монарха же  
выборы 1937 г. стали первым шагом на пути юридического  
оформления диктатуры. Они убедили его также в эффективности тактики
постепенного, но все большего сужения сферы деятельности  
бывших партий и медленного, но целенаправленного формирования
режима как беспартийного. Чем ближе царь продвигался к своей
цели, тем более «демократический» фасад придавал он монархо-
фашистской диктатуре. Теперь он решился и на проведение  
выборов в парламент, которыми как бы восстанавливалось главное
конституционное звено буржуазно-демократической формы  
правления. Объявлением о новых выборах монарх перехватывал у
оппозиции знамя, на котором было начертано требование  
восстановления конституции. Какая диктатура, если проводятся  
выборы, если будет созван парламент! При чем тут партии, если сам
монарх восстанавливает традиционные атрибуты буржуазной
демократии!
На деле все это оказалось бесстыдной профанацией. Прежде
всего накануне выборов в Народное собрание была изменена  
система представительства: число депутатов парламента  
сокращалось с 274 до 160; принцип формирования избирательных  
коллегий позволял манипулировать их составом. Права парламента
были ограничены: назначение правительства производилось  
царем и ответственности перед Народным собранием оно не несло.
Для дальнейшего подрыва влияния партий осенью 1937 г. на  
основании декрета об их роспуске было предпринято судебное  
преследование ряда буржуазных и мелкобуржуазных политических
деятелей: Д. Гичева, В. Димова, Ст. Костуркова, Г. Василева
и др. Особенно жестоким репрессиям подвергались коммунисты.
В ноябре 1937 г. началась перерегистрация всех политически  
неблагонадежных лиц и функционеров бывших партий.
Все это отрицательно сказывалось на состоянии буржуазных
нефашистских партий, на их способности к сопротивлению.
Внутри буржуазной оппозиции все большую роль стал играть
БЗНС. Именно на плечи коммунистов и «земледельцев» пала вся
тяжесть подготовки к выборам в Народное собрание, хотя в  
Демократическое объединение, как стало называться предвыборное
соглашение оппозиционных сил, вошла наряду с РП,  
«Пятеркой», БЗНС-«Пладне» также Демократическая партия. Именно
благодаря коммунистам и «земледельцам» (в лице Б,ЗНС-«Плад-
не» и БЗНС-«Врабча-1») это объединение стало вершиной  
сотрудничества демократических сил в борьбе против диктатуры.
В социальном плане оно опиралось главным образом на рабочих,
мелкую буржуазию города и села, частично на среднюю  
буржуазию. Органами Демократического объединения на местах  
стали конституционные комитеты, в которых первостепенную роль
играли коммунисты.
Выборы в парламент в марте 1938 г. проводились также в  
разное время и по зонам, как и выборы в местные органы власти.
За две недели до их начала был арестован весь руководящий
штаб «Пятерки». Полиция подготовила провал околийских  
комитетов БКП в городах Попове, Тырговиште, Шумене, массовые
аресты были проведены в других местах. В результате из  
активной деятельности были выключены сотни коммунистов и  
антифашистов.
Итоги выборов трудно оценить однозначно. Депутаты,  
избранные от Демократического объединения, составили свыше 35%
членов парламента; среди них больше всего было «земледельцев».
Коммунисты сумели завоевать 5 мест, что, конечно, не  
соответствовало влиянию их партии, так как во многом именно  
благодаря БКП оппозиция одержала важную морально-политическую
победу. Характерно, что в столице центре монархо-фашистской
диктатуры не был избран ни один ставленник режима. Власти
хотя и располагали большинством в Народном собрании, однако
не были уверены в поддержке этого большинства. Вот почему им
пришлось ^начале путем анкетирования выяснять отношение  
депутатов к режиму; царь позволил открыть парламент только
после получения заверений в том, что «наши друзья с нами».
Однако Народному собранию разрешили заниматься лишь
мелкими вопросами. На его рассмотрение правительство не  
вынесло ни одного серьезного законопроекта, а все, что предлагали
депутаты оппозиции в соответствии со своей платформой, не  
достигало даже стадии обсуждения. Вместе с тем парламенту
пришлось утвердить несколько сотен реакционных декретов,  
изданных после 19 мая 1934 г., которые по существу и оформили
правовую основу монархо-фашистской системы. При этом царь
был не вполне доволен созданным им «декоративным»  
парламентом, считал его непокорным. Эта непокорность была связана  
более всего с деятельностью депутатов мелкобуржуазного  
происхождения, их стремлением реализовать платформу народного
фронта. Буржуазная же оппозиция постепенно теряла силу и
смелость.

Назад к содержимому | Назад к главному меню