Историк

Перейти к содержимому

Главное меню

Национальная освободительная война

Страны в истории > Китай

7 июля 1937 г. японская военщина организовала очередную
военную провокацию у стратегически важного железнодорожно-
го моста недалеко от Пекина, вошедшую в историю как «инци-
дент у Лугоуцяо». Привыкнув уже к уступчивости как китайской
армии, так и нанкинского правительства, японская военщина
на этот раз встретилась с неожиданно упорным сопротивлением
дивизии Фэн Чжианя (из 29-й армии). Более того, нанкинское
правительство хотя и вступило в переговоры с японским прави-
тельством, заняло жесткую позицию, не идя на те уступки, ко-
торые рассчитывали получить японские милитаристы.
В этот день ни та, ни другая стороны еще не знали, что «ин-
цидент у Лугоуцяо» станет началом национально-освободитель-
ной войны китайского народа против японских захватчиков, ко-
торая продлится более восьми лет и окажет немалое влияние на
судьбы милитаристской Японии в годы второй мировой войны,
а для Китая станет поворотным этапом в его современной истории.
Правящие круги Японии в ответ на сопротивление китайской
армии и неуступчивость нанкинского правительства приняли ре-
шение расширить конфликт, а также, воспользовавшись неготов-
ностью Китая к войне и его международной изолированностью,
нанести сильные военные удары не только в Северном, но и в
Центральном Китае и быстро заставить гоминьдановское прави-
тельство подчиниться своему диктату. У этих расчетов были опре-
деленные основания. Западные державы еще по существу продол-
жали проводить политику попустительства японской экспансии в
Китае, лишь на словах сочувствуя ему. А вооруженные силы Ки-
тая, несмотря на определенный прогресс в своем развитии, все
еще отставали от хорошо отлаженной военной машины японско-
го агрессора. По численности китайские вооруженные силы пре-
восходили японские, однако существенно уступали по технической
526оснащенности, по выучке, по моральному состоянию, а глав-
ное по своей организации. Из более чем двух миллионов нахо-
дившихся в строю солдат и офицеров непосредственно главно-
командующему НРА Чан Кайши подчинялись только 300 тыс., а
всего под контролем нанкинского правительства был примерно
1 млн войск, остальные же войска представляли силы местных
милитаристов. В Китае не было всеобщей воинской обязанности,
не было и системы регулярного пополнения армии, организаци-
онная структура не была унифицирована. Командиры частей и
соединений рассматривали их как свои «вотчины», от которых
они «кормились». Тяжелое наследие традиционного милитариз-
ма, таким образом, ослабляло китайскую армию.
Вот это соотношение сил и привело к быстрым военным ус-
пехам захватчиков. Однако, несмотря на расширение военных
действий и тяжелейшие поражения китайской армии, гоминьда-
новское правительство во главе с Чан Кайши не продемонстри-
ровало ожидавшейся агрессорами уступчивости, не пошло на
военную капитуляцию или военно-политический компромисс. Это
был принципиальный просчет японских правящих кругов, сви-
детельствовавший об их авантюризме и непонимании ими глубо-
ких перемен, происходивших как в Китае, так и на международ-
ной арене.
К середине 1937 г. уже выявилось существенное усиление на-
ционалистических настроений в правящих кругах гоминьдановс-
кого Китая, которым к этому времени удалось в основном объе-
динить страну вокруг нанкинского правительства, укрепить свое
военно-политическое положение, добиться определенных успе-
хов в экономическом развитии страны. Летом 1937 г. продолжа-
лись начатые значительно раньше переговоры между советским
и китайским правительствами, а также между руководством КПК
и Гоминьдана, успех которых мог значительно укрепить внут-
реннее и международное положение страны. Честолюбивый на-
ционалистический лидер Гоминьдана Чан Кайши претендует в этих
новых условиях, принципиально отличающихся от обстановки
1931 г., на роль общенационального лидера, готового вести войну
в защиту попранных национальных интересов Китая.
Чан Кайши хорошо видел значительное военное превосход-
ство Японии, а также отсутствие реальной поддержки западных
держав и именно поэтому шел на переговоры с агрессором, ста-
раясь всячески выиграть время, которое, как он полагал, работа-
ло против империалистической Японии. Этот расчет Чан Кай-
ши, судя по всему, строился на двух посылках. Во-первых, он
резонно полагал, что японская агрессия должна повести к росту
патриотических настроений, к усилению центростремительных
527тенденций, к сплочению различных социальных сил вокруг на-
ционального правительства для ведения войны. Во-вторых, он
предполагал, что расширение японской агрессии неминуемо при-
ведет к усилению межимпериалистических противоречий, к рас-
ширению международной поддержки сопротивления Китая и в
конце концов к военному столкновению Японии с США и СССР.
И хотя Чан Кайши несколько переоценил темпы развития этих
факторов, однако в целом он гораздо правильнее, чем его про-
тивники в Токио, понял тенденции развития.
Развитие этих тенденций сказалось прежде всего на быстром
завершении советско-китайских переговоров и переговоров КПК
с Гоминьданом, что решающим образом сказалось в дальней-
шем на судьбах войны сопротивления.
21 августа 1937 г. был заключен советско-китайский договор о
ненападении сроком на пять лет. Подписанный в самый тяжелый
начальный период войны, договор стал серьезной политической
поддержкой сопротивления китайского народа, стал политичес-
кой основой быстро расширявшегося советско-китайского сотруд-
ничества, которое разорвало фактическую международную изо-
ляцию Китая.
Особенно важное значение имела советская помощь, направ-
ленная на повышение боеспособности китайской армии. Для обес-
печения поставок советского оружия СССР предоставил Китаю
кредиты на общую сумму 450 млн дол., а сами поставки нача-
лись уже с осени 1937 г. За первые четыре года войны в Китай
было отправлено через пров. Синьцзян 904 самолета, 1140 артил-
лерийских орудий, 82 танка, 9720 пулеметов, 50 тыс. винтовок и
другое оружие и снаряжение. Не меньшее значение имело и пря-
мое участие в боевых действиях советских военных советников,
инструкторов и других военных специалистов в рядах китайской
армии. Первые военные советники прибыли в Китай весной 1938 г.,
а к началу 1941 г. их количество достигло 140 человек. Среди них
были известные уже советские военачальники, имевшие опыт граж-
данской войны в России, некоторые из них были советниками во
время гражданской войны в Испании и в прежние годы в Китае.
Это В.И. Чуйков, А.И'. Черепанов, П.Ф. Батицкий, П.Ф. Жигарев,
А.Я. Калягин, П.С. Рыбалко, П.В. Рычагов, Г.И. Тхор и другие. Они
помогали разрабатывать планы военных операций китайской ар-
мии, готовили офицерские кадры, обучали войска и т.п. Непо-
средственно в боевых операциях участвовали 2 тыс. советских лет-
чиков-добровольцев, более 200 из которых отдали жизнь за сво-
боду китайского народа. Активная помощь советского народа
сыграла огромную роль в срыве японских планов молниеносного
разгрома не готовой к войне китайской армии.
528Прямой военно-политической поддержкой борьбы китайско-
го народа против японских агрессоров был отпор СССР японс-
ким провокациям на Дальнем Востоке: разгром Красной Армией
японских агрессивных поползновений у оз. Хасан (1938) и на
р. Халхин-Гол (1939), стал серьезным уроком для японской воен-
щины. В результате японский империализм вынужден был счи-
таться с военной силой Советского Союза в этом регионе.
Важно подчеркнуть, что эта политическая и военная помощь
китайскому народу пришла в то критическое время, когда запад-
ные державы не оказали поддержки борющемуся Китаю. Однако
сам факт возрастающего советского военного и политического
влияния на развертывание событий на Дальнем Востоке не мог
не подтолкнуть западные державы изменить свою позицию
осознать необходимость поддержать борьбу Китая, успешный
исход которой соответствовал правильно понятым интересам са-
мих этих держав. Все это способствовало не только прорыву меж-
дународно-политической блокады сопротивлявшегося японской
агрессии Китая, но и тому, что Китай оказался участником меж-
дународной антифашистской коалиции, внеся свой вклад в об-
щую победу.
Советско-китайское сближение решающим образом способ-
ствовало и ускорению переговоров между Гоминьданом и КПК,
имевших своей целью создание единого фронта борьбы против
японской агрессии. Уже в воззвании ЦК КПК от 8 июля 1937 г.
было требование ускорить создание единого фронта, а 15 июля
в ходе переговоров делегаций КПК (Чжоу Эньлай, Цинь Бан-
сянь, Линь Боцюй) и Гоминьдана (Чан Кайши, Шао Лицзы,
Чжан Чжичжун) руководству Гоминьдана было вручено обраще-
ние ЦК КПК, содержавшее важные уступки со стороны КПК,
направленные на достижение национального примирения и в
основном исходившие из тех условий, которые Гоминьдан пред-
лагал еще до начала войны. В этом документе руководство КПК
признавало три народных принципа Сунь Ятсена в качестве идей-
но-теоретической основы политического сотрудничества, отка-
зывалось от борьбы за свержение гоминьдановского режима и за
советизацию Китая, а также от насильственной конфискации
помещичьей земли, заявляло о преобразовании советского пра-
вительства в местную демократическую администрацию, отка-
зывалось от наименования «Красная армия» для вооруженных сил
КПК и соглашалось на их преобразование в соединения нацио-
нально-революционной армии (НРА). 17 июля Чан Кайши выс-
тупил с заявлением о необходимости общенациональной борь-
бы сопротивления. Наконец, 22 августа, сразу же по завершении
советско-китайских переговоров, гоминьдановское правительство
529издает приказ о преобразовании вооруженных сил КПК в 8-ую
армию НРА. Командиром был назначен Чжу Дэ, его заместите-
лем Пэн Дэхуай. Численность армии первоначально была оп-
ределена в 45 тыс. бойцов и армия состояла из трех дивизий: 115-я
(командир Линь Бяо), 120-я (командир Хэ Лун), 129-я (коман-
дир Лю Бочэн). В октябре правительство дало согласие на созда-
ние под руководством коммунистов еще одной, Новой 4-й ар-
мии, организованной на основе партизанских отрядов Централь-
ного и Южного Китая (командир Е Тин, заместитель Сян Ин).
Все это стало первыми практическими шагами военно-полити-
ческого сотрудничества Гоминьдана и КПК.
22 сентября гоминьдановское правительство публикует обра-
щение ЦК КПК от 15 июля, а на следующий день заявление
Чан Кайши об установлении сотрудничества двух партий. Так ре-
ализуется идея национального примирения с целью создания еди-
ного национального фронта борьбы против японской агрессии.
Это военно-политическое соглашение было итогом долгого,
сложного и мучительного поиска компромисса между идейно-
политически непримиримыми позициями двух основных соци-
ально-политических сил Китая. Вынужденный компромисс был
найден только под угрозой полного уничтожения КПК, с одной
стороны, и под угрозой разгрома гоминьдановской государствен-
ности с другой. Обе партии рассматривали новую политику
как вынужденную тактику, что, естественно, делало этот комп-
ромисс весьма неустойчивым. Не случайно, что, несмотря на
выработку политического соглашения, Гоминьдану и КПК не
удалось договориться ни о выработке общей официальной про-
граммы, ни о создании организационных форм единого фронта.
Отметим также, что если КПК официально прокламировала кон-
цепцию единого национального фронта как важнейший компо-
нент своей политической линии, то Гоминьдан не хотел видеть в
КПК равноправного политического партнера, а отказ коммуни-
стов от лозунгов советизации страны и признание ими принци-
пов суньятсенизма расценил как полный провал принципов мар-
ксизма-ленинизма на китайской почве (не употреблял в этой связи
в своих документах самого понятия «единый фронт», а говорил
обычно о «присоединении» КПК). Несмотря на эти очевидные
слабости, политическое соглашение КПК и Гоминьдана стало
реальной основой национального сплочения, сыгравшего столь
важную роль в войне сопротивления.
Таким образом, уже в первые дни войны выявился провал аван-
тюристических планов японских агрессоров полностью военно-
политически изолировать Китай на международной арене и рас-
колоть национально-патриотические силы. Этот кардинальный
530просчет во многом предопределил дальнейший ход войны Япо-
нии в Китае, превратив ее из войны ограниченной и кратко-
срочной в войну затяжную, общенациональную, ставшую частью
начавшейся в 1939 г. Второй мировой войны.
Войну 19371945 гг. с военно-политической точки зрения с
учетом общемировой ситуации можно разделить на четыре ос-
новных периода: июль 1937 г. октябрь 1938 г., ноябрь 1938 г.
декабрь 1941 г., декабрь 1941 г. август 1945 г. и, наконец, ав-
густ сентябрь 1945 г.

Назад к содержимому | Назад к главному меню