Историк

Перейти к содержимому

Главное меню

Освобожденные районы и вооруженные силы КПК в годы войны

Страны в истории > Китай

Руководство КПК расценило расширение масштабов японс-
кой агрессии, тяжелые поражения гоминьдановской армии, сла-
бость японского тыла как благоприятную возможность использо-
вания складывавшегося своеобразного военно-политического ва-
куума за линией фронта для создания революционных баз, а на
их основе и создания мощных вооруженных сил, способных стать
решающим фактором борьбы за власть. При этом в трактовке во-
енно-политической стратегии КПК в новых исторических усло-
виях национально-освободительной войны выявились две тенден-
ции. Сторонники одной (эта тенденция связана прежде всего с
именем Мао Цзэдуна) полагали, что главная задача КПК все-
мерно расширять революционные базы за линией фронта и воо-
руженные силы и готовить их к будущим схваткам с Гоминьда-
ном в борьбе за власть после войны. Этой стратегии должна соот-
ветствовать и тактика ведения военных действий партизанскими
методами, которые позволяли бы избегать серьезных столкнове-
ний с японской армией и вместе с тем использовать перемеще-
ние линии фронта на запад для установления власти КПК в пе-
риферийных зонах японского тыла. Сторонники другой (Чжу Дэ,
Пэн Дэхуай и некоторые другие) также полагали, что нужно го-
товиться к борьбе за власть, но при этом они настаивали на ве-
дении более активных военных действий против японских за-
хватчиков, координируя их с гоминьдановской армией, которая
несла главную тяжесть войны с Японией. Поэтому партизанские
действия они считали необходимым дополнять маневренными
боевыми действиями.
Общенациональный патриотический подъем, рост стихийных
выступлений против японской агрессии, развитие партизанско-
го движения в японском тылу стали объективной основой той
огромной работы по организации вооруженного сопротивления,
которую вела КПК и ее вооруженные силы. С первых месяцев
войны руководство КПК направило значительную часть своих
вооруженных сил в тыл быстро наступавших японских войск. Осо-
бенно активно части 8-й армии действовали в Северном Китае,
где и до войны Гоминьдан не имел прочных военно-политичес-
ких позиций, а власть фактически принадлежала различным ми-
литаристам. Так, часть 115-й дивизии (около 2 тыс. бойцов) во
главе с Не Жунчжэнем была оставлена в горном массиве на стыке
558горных хребтов Тайханшань, Утайшань и Хэншань, где комму-
нистам удалось организовать массовое партизанское движение,
на его основе значительно расширить части 115-й дивизии и со-
здать большой освобожденный район на стыке провинций Шань-
сиЧахарХэбэй с центром в г. Фупине. Части 129-й дивизии
под командованием Лю Бочэна стали организаторами партизан-
ского движения, базировавшегося прежде всего в горном районе
Тайханшань, а затем распространившегося из юго-западной
Шаньси в провинции Хэбэй, Шаньдун и Хэнань, где был погра-
ничный освобожденный район. Части 120-й дивизии во главе с
Хэ Луном в первые месяцы войны вели активные боевые дей-
ствия против японских войск в северной Шаньси, а затем после
падения Тайюаня стали действовать в японском тылу, развер-
нув партизанское движение в северо-западной Шаньси, а также
в центральной, западной и южной Суйюани, вплоть до Чахара.
Местные организации КПК и отряды 8-й армии стали организа-
торами партизанского движения и создавали освобожденные райо-
ны и в других местах Северного Китая, в частности в централь-
ной части Шаньдуна. Части Новой 4-й армии, образованные на
основе сохранившихся в Центральном и Южном Китае отрядов
Красной армии, в начале 1938 г., создали несколько освобож-
денных районов южнее Янцзы в провинциях Аньхуэй и Цзянсу.
По мере развития японского наступления росли и освобож-
денные районы, общая численность населения которых в 1940 г.
составляла около 100 млн человек. Однако усиление военных дей-
ствий со стороны японской армии и армий марионеточного пра-
вительства привели к уменьшению освобожденных районов и
сокращению их населения в 1942 г. вдвое. Этому же способствова-
ло и обострение отношений внутри единого фронта, активиза-
ция антикоммунистических кампаний со стороны Гоминьдана.
Однако в последние три года войны благодаря общему ослабле-
нию японской военной машины коммунистам удалось добиться
значительного расширения освобожденных районов. По данным
КПК, на апрель 1945 г. в 19 освобожденных районах (Шэньси-
ГаньсуНинся, шесть районов в Северном, десять в Цент-
ральном, два в Южном Китае) проживало 95,5 млн человек.
Освобожденные районы прежде всего складывались вне сфе-
ры прямого военного контроля японских оккупантов и зачас-
тую не были результатом непосредственных сражений с японс-
кими войсками. Это были территории, на которых прошедший
через них фронт боевых действий уничтожал, подрывал или, во
всяком случае, ослаблял прежние органы гоминьдановской вла-
сти, а посланные сюда вооруженные силы КПК создавали уже
559принципиально новую политическую структуру. Вот как это, на-
пример, происходило в пограничном районе ШаньсиЧахар
Хэбэй, куда пришли части во главе с Не Жунчжэнем. Свою по-
литическую работу они начали с повсеместного создания моби-
лизационных комитетов местного населения, в обязанности
которых входили сбор брошенного гоминьдановскими частями
оружия, создание местных отрядов самообороны для наведения
порядка, подготовка условий для расширения войны сопротив-
ления. Фактически это было создание новых органов местной
власти под руководством коммунистов, стремившихся вытес-
нить старые гоминьдановские учреждения. Сотрудничество этих
органов с вооруженными силами КПК, решительность в наве-
дении порядка, активность в проведении некоторых социаль-
но-экономических мероприятий (снижение арендной платы и
ссудного процента, урегулирование налогов и т.п.) создавали
им реальный авторитет у населения. Эти комитеты стали базой
для создания партизанских отрядов, массовых патриотических
организаций и, по сути, для создания новой государственности.
Однако в это время (конец 1937 г.) КПК стремилась создавать
органы власти освобожденных районов в сотрудничестве с го-
миньдановским правительством. В январе 1938 г. на съезде в г. Фу-
пине 149 представителей воинских частей, мобилизационных
комитетов, некоторых массовых организаций было создано вре-
менное правительство освобожденного района Администра-
тивный комитет, утвержденный гоминьдановским правитель-
ством. Реализация политики единого национального фронта поз-
волила провести здесь в январе 1939 г. выборы в деревенские
органы власти, летом следующего года избрать волостные, уезд-
ные и окружные народно-политические советы, а летом 1943 г.
образовать НПС пограничного района.
Во многом по аналогичной схеме складывалась новая власть и
в других освобожденных районах. Правда, обострение отноше-
ний с Гоминьданом привело к тому, что КПК создавала органы
власти уже без санкции гоминьдановского правительства. Однако
и в этих условиях КПК при создании новых органов власти стре-
милась к объединению всех патриотических сил на платформе
антияпонской борьбы. Опыт создания новых органов власти был
обобщен в решении ЦК КПК в марте 1940 г., которое предус-
матривало, что члены КПК должны занимать только одну треть
мест в органах власти, а остальные места должны быть отданы
представителям прогрессивных и промежуточных сил. Политика
«трех третей» была рассчитана на приглушение обвинений КПК
в монополизации власти и на мобилизацию под руководством
560КПК всех патриотически настроенных социально-политических
групп освобожденных районов.
Проведение политики единого национального фронта не оз-
начало, однако, отказа КПК от безраздельного руководства всей
политической жизнью освобожденных районов. Все некоммунис-
тические организации, группы или деятели могли участвовать в
органах власти и вообще в политической жизни только в той мере,
в которой они поддерживали политический курс КПК. Всякая
оппозиционная активность исключалась. Попытки проведения
нелегальной деятельности гоминьдановскими организациями ре-
шительно пресекались. Объединяющей и руководящей силой скла-
дывавшейся новой государственности освобожденных районов
была КПК. При отсутствии каких-либо административных орга-
нов, которые могли бы связать воедино все освобожденные рай-
оны, разбросанные на огромной территории от Маньчжурии до
о. Хайнань, именно руководство со стороны КПК являлось той
объединяющей силой, которая превращала эти географически
оторванные друг от друга освобожденные районы в своеобразное
«государство в государстве». В сентябре 1942 г. политбюро ЦК КПК
принимает специальное постановление «О едином партийном
руководстве в антияпонских опорных базах и об урегулировании
отношений между различными организациями», направленное
именно на усиление руководящей роли КПК в строительстве
новой государственности.
Постепенно в наиболее стабильных освобожденных районах
(особенно в Северном Китае) складывается довольно развитый
политический механизм, позволяющий КПК осуществлять свою
руководящую роль через различные законодательные, исполни-
тельные и юридические органы, действовавшие на основе созда-
вавшегося законодательства. Одна из особенностей этой новой
государственности заключалась в том, что формально она исхо-
дила из признания суверенитета Национального (гоминьдановс-
кого) правительства, в своих нормативных актах она указывала
на связь с общенациональным (гоминьдановским) законодатель-
ством и во многом пользовалась его терминологией. Политичес-
кая же реальность функционирования этой власти была принци-
пиально новой. Особенно эхо хорошо видно на примере безраз-
дельной руководящей роли КПК. Своеобразно эта реальность
проявлялась и в проведении социально-экономических преобра-
зований и прежде всего в аграрной сфере.
Аграрная политика КПК в годы антияпонской войны склады-
валась и развивалась как составная часть политики единого на-
ционального фронта, одной из предпосылок создания которого
561был отказ КПК от политики радикальной ломки традиционных
аграрных отношений, от политики конфискации земель местных
богачей. При всех различиях нормативных актов по аграрному
вопросу, принимавшихся властями освобожденных районов, они
совпадали в некоторых основных положениях: они исходили (дек-
ларируя это или нет) из Аграрного закона гоминьдановского
правительства 30-х гг., требовали снижения арендной платы на
одну четверть (она не должна превышать 37,5% урожая), сниже-
ния ссудного процента (он не должен превышать 10% годовых),
проведения рациональной и справедливой налоговой политики.
Эта политика исходила из признания права частной собственно-
сти на землю со всеми вытекающими из этого последствиями
(право купли-продажи, сдачи в аренду, заклада и т.п.), но, вместе
с тем, эти положения не имели обратной силы и полученная
крестьянами до начала антияпонской войны в районе Шэньси
ГаньсуНинся земля за ними сохранялась.
Однако Мао Цзэдун и его сторонники рассматривали такую
аграрную политику лишь как вынужденную «уступку» Гоминьда-
ну, не понимая ее стратегического значения в условиях нацио-
нально-освободительной революции. Такой подход, с одной сто-
роны, мешал по достоинству оценить экономическую и особен-
но социальную эффективность реформистской политики, а с
другой, вел к постоянному рецидиву левосектантских перегибов
(конфискация земли, уничтожение богачей и т.п.), что ослабля-
ло освобожденные районы. Необходимость преодоления этих оши-
бок отвлекала силы КПК от решения задач непосредственной
борьбы с японскими агрессорами. Как правило, приступая к осу-
ществлению сугубо реформистских мер в рамках политики еди-
ного фронта, коммунисты с фатальной неизбежностью соскаль-
зывали в привычную колею «антипомещичьей» борьбы, «аграр-
ной революции» и т.п. Но если раньше это было прежде всего
результатом доктринального принятия соответствующей полити-
ческой ориентации, то теперь это становилось почти неизбеж-
ным результатом определенной корыстной заинтересованности
новых властных структур, активистов этих преобразований в пе-
рераспределении собственности зажиточной части деревни (про-
довольствия, скота, земли и другого имущества).
Несмотря на это, в целом аграрная политика КПК в годы ан-
тияпонской войны может быть оценена как достаточно эффек-
тивная, так как 8-я и Новая 4-я армия имели все-таки прочный
и спокойный тыл, имели источники пополнения своих рядов и
источники материального снабжения. Кроме того, показателем
определенной успешности этой политики является некоторый
562рост производства продовольствия и сырья в освобожденных райо-
нах в годы войны. Это и позволило снабдить продовольствием не
только армию, но и государственный и партийный аппарат. Хотя
имел место определенный рост налогообложения, его более спра-
ведливый характер (прогрессивное обложение в первую очередь
сельских богачей и льготы бедноте) способствовал улучшению
положения середняков и бедноты. Об этом же говорила и поли-
тическая нейтрализация эксплуататорской части деревни в годы
войны, не препятствовавшая ее экономической активности. Бо-
лее того, такая политика способствовала привлечению патрио-
тически настроенной зажиточной части деревни к совместной
борьбе против японской агрессии, стала экономическим фунда-
ментом политики «трех третей».
Успешное политическое и социально-экономическое разви-
тие освобожденных районов было в первую очередь результатом
активной военно-политической деятельности вооруженных сил
КПК и, в свою очередь, делалось основой их роста и совершен-
ствования. Создававшие освобожденные районы в тылу японских
войск части 8-й и Новой 4-й армий пополнялись прежде всего за
счет местных военных формирований различного толка. В Север-
ном Китае издавна действовали традиционные тайные общества
(типа хорошо известных «Красных пик»), имевшие свои воору-
женные отряды. Повсеместно были распространены вооруженные
отряды сельской самообороны («миньтуани»). В японском тылу
стихийно возникали партизанские отряды, состоявшие зачастую
из солдат и офицеров разгромленных гоминьдановских войск.
Действовали в японском тылу и отдельные части и подразделе-
ния гоминьдановской армии, возглавлявшиеся патриотически
настроенными офицерами. Коммунисты, обладавшие длительным
и большим опытом партизанской войны, выступили организато-
рами всей этой пестрой массы вооруженных людей, стремившихся
включиться в борьбу против японских захватчиков, на защиту
своих деревень и своих семей. Под патриотическими лозунгами
войны сопротивления вооруженные силы КПК вовлекали в свои
ряды эти разнородные вооруженные формирования, вступали с
ними в сотрудничество, привлекали на свою сторону их руково-
дителей или же их устраняли.
Используя общенациональный (гоминьдановский) закон о
воинской обязанности в условиях войны сопротивления, влас-
ти освобожденных районов прибегали также к мобилизации лиц
призывного возраста для пополнения вооруженных сил. Однако
в целом КПК не ощущала недостатка в пополнении своих воо-
руженных сил. Их расширение скорее сдерживалось нехваткой
563вооружения. За первые три года войны вооруженные силы КПК
выросли более чем в десять раз, превысив 500 тыс. бойцов. Одна-
ко в 19411942 гг. в связи с развернувшимся наступлением япон-
ских войск на освобожденные районы и сокращением их терри-
тории произошло и некоторое сокращение армии (примерно на
100 тыс.). В дальнейшем вооруженные силы КПК вновь значи-
тельно выросли, достигнув к апрелю 1945 г. 910 тыс. в регулярных
частях и 2,2 млн бойцов ополчения.
Таким образом, КПК располагала мощной военной силой.
Однако установки маоистского руководства фактически сдержи-
вали боевую активность этой огромной армии. Мао Цзэдун об-
разно формулировал это так: 10% усилий на борьбу с японс-
кими захватчиками, 20% на защиту от Гоминьдана, 70% на
сохранение своего потенциала. Такая установка вела к полному
приоритету партизанской тактики, к отказу от сколько-нибудь
крупномасштабных операций против японских войск и была рас-
считана на победу над агрессором силами своих союзников.

Назад к содержимому | Назад к главному меню