Историк

Перейти к содержимому

Главное меню

Политика «трех красных знамен»

Страны в истории > Китай

Цель, которую преследовал Мао Цзэдун, приступая к орга-
низации «большого скачка», состояла в переходе к коммунизму
в кратчайшие сроки на основе утверждения таких форм обще-
ственной организации, которые позволили бы добиться небыва-
лой экономической эффективности производства, осуществле-
ния главных принципов коммунистической утопии, способство-
вали бы укреплению главенствующего положения Мао Цзэдуна
в КПК, а КПК и КНР в международном коммунистическом
движении и мире. Это была утопическая программа с явным на-
ционалистическим и мессианским уклоном. При этом методы,
предлагавшиеся Мао Цзэдуном, не были вполне беспочвенны-
ми, не являлись лишь данью «романтическому революционариз-
му». Он принимал в расчет особенности общественных условий,
в которых предполагал добиваться поставленных целей. Эти осо-
бенности состояли прежде всего в огромном людском потенциа-
ле Китая, сконцентрировав который на решении основных за-
дач, возможно было, по его мысли, достичь очень многого.
Некоторые очертания грядущего «большого скачка» просту-
пили в выступлениях Мао Цзэдуна уже на III пленуме 8-го созы-
ва (осень 1957 г.). На нем ему удалось добиться в принципе одоб-
рения идеи необходимости ускорения темпов экономических и
общественных преобразований. Его конкретные предложения со-
стояли в требовании резкого повышения урожайности и эффек-
тивности сельскохозяйственного производства, в привлечении
огромных масс населения к ирригационному строительству, что
должно было бы обеспечить радикальное изменение положения
в сельском хозяйстве. Он предлагал наряду с развитием крупного
производства создать среднюю и мелкую промышленность, что
позволило бы использовать массу живого труда. В частности, им
было выдвинуто предложение развернуть создание небольших
сталеплавильных заводов с целью резкого увеличения произ-
водства стали. Некоторые из идей, высказанных Мао Цзэдуном,
вряд ли можно было воспринимать серьезно, тем не менее впо-
следствии, в период большого «скачка», они были реализованы.
656Большое значение он придавал ликвидации во всей стране «че-
тырех вредителей»: крыс, воробьев, мух, комаров.
С начала 1958 г. Мао Цзэдун энергично настаивал на осуще-
ствлении предлагаемых им мер на совещаниях высшего руковод-
ства КПК. Устранить колебания сомневающихся была призвана
развернувшаяся по указанию Мао Цзэдуна кампания борьбы «про-
тив правого консерватизма». Значительной части руководства КПК
призывы Мао Цзэдуна могли показаться заманчивыми. Десяти-
летний план развития страны он предлагал осуществить за «три
года упорного труда». После досрочного выполнения пятилетки
он призывал за 15 лет догнать Англию, за 20 США, сравнять-
ся с Японией по развитию сельскохозяйственного производства
в течение трех лет. Отвечая на требования Мао Цзэдуна о состав-
лении на местах повышенных планов экономического развития,
производственные объединения и местные власти стали брать на
себя трудновыполнимые обязательства. К концу весны того же
года подготовка к попытке резко ускорить темпы развития стра-
ны была завершена.
Для того чтобы приступить к практическому осуществлению
этих идей, была необходима санкция высших партийных органов.
Этого Мао Цзэдуну удалось добиться на Второй сессии VIII съез-
да КПК, состоявшейся в мае 1958 г. В решениях сессии, казалось
отразивших единство высшего руководства КПК в намерении пе-
ресмотреть прежнюю концепцию экономического развития, были
очерчены контуры новой генеральной линии, являвшейся в сущ-
ности линией на утверждение маоистской модели коммунизма в
Китае. Новая программа получила название курса «трех красных
знамен»: новой генеральной линии, «большого скачка», народ-
ных коммун. В этот период народные коммуны мыслились еще
скорее как более крупные кооперативы, нежели основа нового
общественного порядка, однако в летние месяцы Мао Цзэдун
разработал концепцию коммунизации именно как новую основу
нового (коммунистического) общественного строя КНР.
На сессии было постановлено резко увеличить темпы эконо-
мического развития, в особенности производства чугуна и ста-
ли, что Мао Цзэдун считал ключевым показателем уровня раз-
вития экономики, добиться резкого роста сельскохозяйственно-
го производства. Помимо этого были сделаны новые кадровые
назначения. Политбюро пополнилось новыми членами. В частно-
сти, для будущего политического развития Китая большое зна-
чение имело введение в состав политбюро видного военного дея-
теля, заместителя министра обороны КНР Линь Бяо, известного
близостью к Мао Цзэдуну.
657Вскоре, выполняя указания партийных органов, Госплан КНР
разработал новый вариант пятилетнего плана на 19581962 гг.
Он предусматривал поистине фантастические темпы экономи-
ческого развития страны. Предполагалось увеличить выпуск про-
мышленной продукции в 6,5 раза, сельскохозяйственной в 2,5
раза, причем среднегодовой прирост в промышленности должен
был составить 45%, а в сельскохозяйственном производстве
20%. Показатели, определенные для развития металлургии, были
поистине фантастическими: выплавку стали страна должна бьша
увеличить в 10 раз, с первоначально намечавшихся примерно
10 млн т до 100 млн т.
Летом 1958 г. под лозунгом «три года упорного труда десять
тысяч лет счастья!» весь Китай был мобилизован для участия в
«большом скачке». Огромные массы народа были собраны для
осуществления амбициозных ирригационных проектов. Собственно
говоря, в этой области «большой скачок» начался еще осенью
1957 г., когда в ноябре на ирригационные работы было направ-
лено более 60 млн человек, а в январе 1958 г. уже около 100 млн.
В отдельные дни на сооружение водохранилищ выходило до 150 млн
человек. Эти усилия были продолжены летом 1958 г. Сам Мао
Цзэдун выезжал для участия в создании водохранилища в 30 км
севернее Пекина, невдалеке от могильного комплекса минской
династии. Заниматься физическим трудом были обязаны не толь-
ко рабочие и крестьяне, но и представители высшей партийно-
государственной номенклатуры. Поработав полчаса, Мао Цзэдун
отложил в строну лопату, однако пропагандистское значение этой
акции было велико: все китайские газеты напечатали фотогра-
фии Председателя ЦК КПК, копающего землю.
Для повышения урожайности использовались нетрадиционные
методы обработки земли, в частности глубокая вспашка, загу-
щенные посадки риса. В промежутках между сельскохозяйствен-
ными работами крестьянское население, напрягая все силы, бо-
ролось с «четырьмя вредителями»: крысами, мухами, комарами
и воробьями, которых удалось извести почти полностью.
Под лозунгом «вся страна варит сталь» в Китае развернулось
движение за создание базы «малой металлургии». Была поставле-
на задача соорудить более 10 тыс. малых и средних металлурги-
ческих печей, ежегодной производительностью 20 млн т чугуна.
Небольшие металлургические печи, строившиеся на основе тра-
диционной технологии, создавались как в городах, так и в сель-
ской местности. Миллионы людей приняли участие и в «битве за
сталь». К осени того же года в стране варили металл более 700
тыс. кустарных доменных печей, а всего в непромышленном про-
изводстве металла было занято до 100 млн человек. В усиленном
658темпе работала и вся промышленность, причем предприятия стре-
мились максимально увеличить объем производства, не заботясь
о рациональном использовании ресурсов.
Летом 1958 г. группа высших руководителей КПК отправилась
в инспекционные поездки по стране, являвшей собой образец
трудового энтузиазма. Казалось, задуманное Мао Цзэдуном близко
к осуществлению, осталось лишь закрепить достигнутое соответ-
ствующими политическими решениями. Эта цель была поставле-
на перед участниками расширенного совещания политбюро, ко-
торое состоялось в августе 1958 г. в курортном местечке Бэйдайхэ.
На совещании была не только подтверждена линия на осуществ-
ление «большого скачка», но и даны определения политике «ком-
мунизации». Термин «народная коммуна» появился в китайской
печати в начале июля 1958 г., а к концу лета именно с созданием
народных коммун Мао Цзэдун связал свои надежды на утверж-
дение китайской формы коммунизма. В соответствии с представ-
лениями Мао Цзэдуна, которые он пропагандировал на совеща-
нии, коммуна мыслилась, как универсальная форма социальной
организации в коммунистическом обществе в Китае. Ее планиро-
валось распространить как на сельскую местность, так и на города.
Основной принцип, на котором должны были основываться
народные коммуны, состоял в тотальном обобществлении всей
жизни их членов. Начать, разумеется, следовало с экономики,
посему в деревне подлежали отмене приусадебные участки, рас-
пределение по труду, личные доходы отдельных дворов. Более
того, обобществлению в перспективе должны были подвергнуть-
ся и бытовые стороны жизни, включая снабжение и питание чле-
нов коммун. Выступая в Бэйдайхэ, Мао Цзэдун говорил: «При-
усадебные участки ликвидируются. Куры, утки, деревья возле
домов пока остаются в собственности крестьян. В дальнейшем и
это будет обобществлено... Надо продумать вопрос об отказе от
системы денежного жалования и восстановлении системы бес-
платного снабжения». Руководитель КПК прямо ставил вопрос о
том, что именно народная коммуна должна стать основой буду-
щего идеального общественного строя в Китае: «Народная комму-
на, писал он, является лучшей формой постепенного пере-
хода от социализма к коммунизму и в своем развитии она будет
исходной структурой будущего коммунистического общества».
Мао Цзэдун полагал, что народные коммуны, как универсаль-
ная форма перехода к коммунизму и основа будущего коммунис-
тического общества в Китае, должны создаваться не только в сель-
ской местности, но и в городах. Каждый завод и городской район
следовало превратить в городскую коммуну на тех же принципах,
что и сельские коммуны. Там, где это представлялось возможным,
659предполагалось создать сельско-городские коммуны, что означало
соединение аграрного и промышленного производства.
Коммуны не только должны были основываться на обобщест-
влении экономической жизни своих членов, быта, но и предпо-
лагали полный контроль за духовной жизнью людей. Коммуны
мыслились одновременно и как военные структуры, и как на-
дежное средство политической индокринации. Их члены были
обязаны совместно трудиться и совместно потреблять произве-
денное, а также заниматься военным делом и изучением зло-
бодневных пропагандистских материалов.
После того как совещание приняло соответствующий доку-
мент, по всей стране началось создание народных коммун. В ки-
тайской печати это расценивалось как свидетельство ускоренного
продвижения к коммунизму, а для простого китайского кресть-
янина это было равнозначно обещанию царствия Божия на земле,
что-то вроде реализации стародавних представлений об идеальном
обществе датун.
Руководству КПК удалось добиться феноменальных успехов
в реализации идеи «коммунизации» общественной жизни в стра-
не, в первую очередь в сельских районах. Это было результатом
не только всевластия тоталитарного государства, способного,
опираясь на насилие, добиться от общества почти всего, но и
веры значительной части крестьянства в возможность достижения
после «трех лет упорного труда» «десяти тысяч лет счастья».
Потребовался всего лишь месяц, чтобы в коммуны вошло почти
100% крестьянских дворов. К концу года они были созданы по
всей стране ранее существовавшие 740 тыс. кооперативов были
превращены в 26 тыс. коммун, включавших 120 млн крестьян-
ских дворов, причем в каждую коммуну входило в среднем око-
ло 20 тыс. человек.
Одновременно в связи с созданием коммун, охватывавших за-
частую население целой волости, были введены изменения в
политический механизм страны. Коммуны становились низовыми
местными административными структурами.
Уже осенью выявились тяжелейшие последствия нового по-
литического курса. Несмотря на то, что с мест рапортовали о все
новых достижениях, страна оказалась в катастрофическом эко-
номическом положении. Особенно разрушительные последствия
имела «битва за сталь». Формально задание на 1958 г. было вы-
полнено: производство стали по сравнению с предшествующим
годом увеличилось в два раза, достигнув примерно 10 млн т, од-
нако в действительности около 3 млн составляли приписки и при-
мерно столько же выплавленного металла оказалось некондици-
онным, не годившимся даже для переработки. Первые секретари
660парткомов, обязанные лично руководить выплавкой стали, зачас-
тую, чтобы отчитаться, выдавали металл, произведенный совре-
менными предприятиями, за сталь, выплавленную на кустарных
доменных печах.
В целом по стране усилия, затраченные на производство ме-
талла кустарным способом, обернулись колоссальными выбро-
шенными на ветер средствами: расходы рабочей силы были поч-
ти в десять раз больше, чем в современной промышленности,
сырья и материалов в три раза.
В результате был нанесен тяжелый удар по современной про-
мышленности, которой нехватало сырья и топлива, возникло
напряженное положение на транспорте, в стране упало качество
продукции и снизилась производительность труда. Огромный рас-
ход угля вызвал перебои в снабжении электроэнергией осенью
в ряде провинций Северо-Востока полностью или частично пре-
кратили работу большинство предприятий легкой промышлен-
ности. В печати распространились сообщения об успехах, а в кус-
тарных домнах пускали в переплавку металлическую посуду и
прочие предметы домашнего обихода.
Политика коммунизации имела самое негативное воздействие
и на положение в деревне. Глубокая вспашка, загущенные посад-
ки риса не стали технологической революцией, напротив, от-
ступление от традиционных методов обработки почв и ухода за
сельскохозяйственными культурами было чревато серьезным кри-
зисом сельскохозяйственного производства. Для того, чтобы соз-
дать видимость больших успехов, местное руководство шло на
устройство «потемкинских деревень». По распоряжению партий-
ного секретаря пров. Хубэй вдоль железнодорожной магистрали,
которой пользовалось высшее партийное руководство, включая
Мао Цзэдуна, совершавшее инспекционные поездки по стране,
на поля, расположенные по обеим сторонам магистрали, масса-
ми сгоняли местное население, одетое в праздничные одежды.
Чтобы создать видимость обильного урожая, прибегали к загу-
щенным посадкам риса, а это вело к тому, что урожай начинал
гнить на корню. И тогда для «проветривания» пошедших в рост
стеблей риса прямо на поля выносили вентиляторы.
Естественным результатом создания коммун являлась тоталь-
ная уравниловка, принудительное обобществление личного иму-
щества, хаос в управлении, которые сопровождались увеличе-
нием отчислений в различные общественные фонды. Это не мог-
ло не привести к снижению производственной активности, чему
в ряде случаев сопутствовала чрезмерная активность в проедании
накопленных запасов в «общественных столовых».
661В китайской печати было объявлено об огромных достижениях
в области сельского хозяйства. Утверждалось, что собранный уро-
жай достиг почти 300 млн т, однако в действительности было
собрано намного меньше. Впоследствии в Китае было признано,
что приписки коснулись не только показателей промышленного
развития, но и сельскохозяйственного: они составляли треть от
объявленных показателей, или 100 млн т зерна.
Не удивительно в связи с этим, что, несмотря на объявлен-
ные огромные достижения, уже в середине декабря в стране ста-
ла ощущаться нехватка продовольствия. К весне следующего 1959
года возник острый дефицит продуктов питания: овощей, рыбы,
масла и даже чая. Страна вступила в полосу острого кризиса, что
не могло не вызвать обострения политической борьбы в руковод-
стве КПК.
Однако на целом ряде совещаний руководства партии и на
очередном VI пленуме ЦК КПК, состоявшемся в ноябре-декаб-
ре 1958 г., Мао Цзэдуну удалось заручиться поддержкой большей
части высшей партийной элиты. В частности, была подтверждена
правильность политики создания народных коммун. Однако уже
в это время различимы признаки некоторого отрезвления руко-
водства партии. В решениях пленума подчеркивалось, что «...пе-
реход к коммунизму представляет собой длительный и сложный
процесс, требующий большого напряжения сил, и перескочить
через этап социализма нельзя». Это было признание того, что
вьщвигавшиеся ранее лозунги являлись фактически призывом к
переходу к коммунизму в течение 23 лет и эта попытка закон-
чилась неудачей. Косвенным подтверждением того, что позиции
Мао Цзэдуна ослабли в результате бедствий, постигших страну в
ходе «большого скачка», было то, что бьиа удовлетворена его
просьба не избирать его на пост Председателя КНР на следую-
щий срок. Вслед за этим на состоявшейся сессии ВСНП на этот
пост был избран Лю Шаоци.
Тем не менее форумы высшего руководства КПК и китайско-
го государства в эти месяцы высказались за продолжение поли-
тики «скачка», приняв явно завышенные и нереалистические
планы. В соответствии с ними основные экономические показа-
тели в будущем году вновь следовало удвоить и довести произ-
водство стали до 18 млн т, а зерна до 525 млн т.
К лету 1959 г. катастрофические для страны последствия по-
литики «трех красных знамен» выявились со всей очевидностью.
Сельскохозяйственное производство падало, ощущалась нехват-
ка зерна даже для проведения весенних полевых работ, диспро-
порции между отраслями народного хозяйства и инфляция при-
няли угрожающие масштабы, еще более ухудшалось снабжение
662городов продовольствием, положение, сложившееся на транс-
порте, было угрожающим.
В середине июля 1958 г. на заседании Постоянного комитета
ПБ ЦК КПК было принято решение о необходимости изучения
руководящими работниками ЦК положения, сложившегося на
местах. С этой целью группа высших руководителей разъехалась
по стране. Сам Мао Цзэдун отправился на юг, где имел возмож-
ность убедиться в последствиях предпринятой им попытки мол-
ниеносного перехода к коммунизму, в том числе на его родине в
провинции Хунань.
Мао Цзэдун решил побывать в родной деревне Шаошань, куда
он наведывался впервые после 1927 г. В поездке его сопровождал
Хуа Гофэн партийный секретарь уезда, в который входила род-
ная деревня Мао Цзэдуна. Поклонившись могилам предков, Пред-
седатель ЦК КПК направился к клановой кумирне, однако об-
наружил лишь ее остатки. За несколько месяцев до его приезда
кумирню разобрали для строительства кустарной доменной печи.
Затем состоялась встреча Мао Цзэдуна с односельчанами, из бе-
седы с которыми он не мог не понять, что политика «трех крас-
ных знамен» завершилась провалом. В Шаошань, подобно другим
деревням по всему Китаю, были развернуты энергичные иррига-
ционные работы и построено свое водохранилище. Однако мест-
ное партийное руководство настолько спешило с завершением
работ, что плотина водохранилища протекала и кроме того оно
было слишком мелким в период дождей из него приходилось
выкачивать воду, чтобы избежать наводнения.
Крестьяне критически отозвались и о кампании по выплавке
стали, поглотившей предметы домашнего обихода и даже про-
стую мебель сельских домов, которую использовали для растоп-
ки печей. Жители деревни были вынуждены питаться в обще-
ственной столовой, так как готовить пищу было не в чем, да и
сами домашние печи разобраны. Односельчане Мао Цзэдуна были
недовольны и общественной столовой. Еды, которую они полу-
чали, явно нехватало и между односельчанами во время обеда
часто вспыхивали драки за лучший кусок. Верх брали, как прави-
ло, более молодые и здоровые, а старикам приходилось подби-
рать остатки еды. Единственным результатом «большого скачка»
в родной деревне Мао Цзэдуна, таким образом, были горы ме-
талла, выплавленного из предметов кухонного обихода, с кото-
рыми никто не знал, что делать, и водохранилище, ставшее по-
стоянной угрозой разрушительного наводнения.
Тем не менее Мао Цзэдун продолжал настаивать на принци-
пиальной правильности политического курса, который он стре-
мился навязать китайскому обществу. Именно вокруг оценки этого
663курса разгорелись ожесточенные дискуссии накануне и во время
VIII (Лушаньского) пленума летом 1959 г., на котором Мао Цзэ-
дун впервые столкнулся с открытой оппозицией части высшего
партийного руководства.
Главным оппонентом Мао Цзэдуна стал министр обороны
маршал Пэн Дэхуай. В его выступлениях была подвергнута крити-
ке общая оценка ситуации, данная Мао Цзэдуном: «Достижения
огромны, проблем немало, перспективы светлые». Пэн Дэхуай
выразил несогласие с политикой мобилизации всей страны на
осуществление кустарной выплавки стали, указал на поспешность
в проведении коммунизации, критиковал обстановку, сложив-
шуюся в политбюро ЦК КПК, за отступление от принципов кол-
лективного руководства, поставил вопрос об ответственности всех
руководителей партии, «включая товарища Мао Цзэдуна», за
ситуацию, сложившуюся в стране.
14 июля министр обороны написал письмо, адресованное Мао
Цзэдуну, в котором изложил свое несогласие с политикой «трех
красных знамен». Несмотря на то, что Пэн Дэхуай воздержался
от того, чтобы возложить на Мао Цзэдуна личную ответствен-
ность за кризис, в который было ввергнуто китайское общество,
по духу это послание было, конечно, обвинительным пригово-
ром лидеру КПК. Письмо носило скорее личный характер. Автор
письма не познакомил с его содержанием других высших руко-
водителей партии. Тем не менее Мао Цзэдун распространил его
среди партийного руководства. 16 июля Мао Цзэдун созвал засе-
дание ПК ПБ ЦК КПК, в котором участвовали находившиеся в
тот момент в Ухане Лю Шаоци, Чжоу Эньлай, Чжу Дэ, Чэнь
Юнь. В купальном халате и тапочках на босу ногу Мао Цзэдун
принял членов высшего партийного руководства и прокоммен-
тировал послание Пэн Дэхуая, назвав его выпадом против партии,
пригрозил в случае раскола в КПК создать свою КПК, а если в
борьбу будет вовлечена армия, организовать новую верную ему
армию. Это же он подтвердил в одном из своих выступлений и
несколько позднее, заявив, что, если критика курса «трех крас-
ных знамен» и его лично будет продолжаться, то он прибегнет к
военному перевороту: «Я уйду, я пойду в деревню и возглавлю
крестьян, чтобы свергнуть правительство. Если освободительная
армия не пойдет за мной, то я пойду искать Красную армию».
Руководители КПК, критически относившиеся к политике Мао
Цзэдуна, не поддержали Пэн Дэхуая. Лю Шаоци, Чжоу Эньлай,
Чжу Дэ, Чэнь Юнь и некоторые другие предпочли, как они спра-
ведливо полагали, не подвергать партию и страну опасности рас-
кола в этот кризисный период. С позицией Пэн Дэхуая солидари-
зировались немногие начальник генерального штаба НОАК
664Хуан Кэчэн, заместитель министра иностранных дел Чжан Вэнь-
тянь, секретарь партийного комитета пров. Хунань Чжоу Сяоч-
жоу. Это позволило Мао Цзэдуну отвергнуть критику в свой ад-
рес и направить огонь критики против оппонентов.
Именно критике «антипартийного блока» во главе с Пэн Дэ-
хуаем была посвящена повестка дня VIII пленума, который опре-
делил взгляды Пэн Дэхуая как «правооппортунистические» и
принял решение снять участников «антипартийного блока» с за-
нимаемых ими постов. На пост министра обороны был назначен
близкий к Мао Цзэдуну Линь Бяо, что усилило влияние Предсе-
дателя ЦК КПК в армии.
Тем не менее в условиях развивающегося кризиса руководство
КПК не могло полностью игнорировать совершенные ошибки. В
связи с этим в материалах пленума, с одной стороны, содержа-
лось одобрение политики «трех красных знамен», с другой ука-
зывалось, что статистические данные о сельскохозяйственном
производстве в 1958 г. были завышены, подчеркивалось, что даль-
нейшее производство металла кустарным способом недопусти-
мо, рекомендовалось снизить задания по производству стали, угля,
зерна, хлопка.
Надежды на продолжение «большого скачка» оставались у ча-
сти руководства КПК во главе с Мао Цзэдуном и в начале 1960 г.
Как и прежде перед страной ставились нереальные задачи, вроде
лозунга досрочно в течение 5 лет выполнить десятилетний план
развития и догнать Англию. В действительности итоги развития
Китая в 1960 г. были катастрофическими. В 1960 г. сбор зерновых
упал ниже уровня 1954 г. Сбор хлопка, масличных культур сокра-
тился почти в два раза, резко уменьшилось поголовье крупного
рогатого скота и свиней. В результате в стране начался голод, про-
должавшийся и в 1961 г.
Осуществление политики «трех красных знамен» сопровожда-
лось ужесточением курса КПК в районах национальной автоно-
мии. Здесь в годы «большого скачка» местные кадры были заме-
нены ханьцами, организовано массовое переселение ханьцев в
места проживания национальных меньшинств. Во время этих кам-
паний гонениям подверглась значительная часть местных кадро-
вых работников в Цинхае, Синьцзяне, Внутренней Монголии,
Тибете.
Это не могло не вызвать недовольства местного населения,
принимавшего формы вооруженных восстаний или массового ухода
за пределы КНР. Весной 1959 г. вооруженное восстание под ло-
зунгами независимости началось в Тибете. В результате подавле-
ния этого движения было убито несколько десятков тысяч чело-
век, а около 80 тыс. (включая и Далай-ламу) бежало за пределы
665китайской территории. В 1961 г. около 60 тыс. жителей Синьцзяна
перешли границу и остались на советской стороне.
Годы большого «скачка» отмечены также и изменениями во
внешней политике Китая. Руководство КНР предприняло ряд
действий, которые вызвали обострение ситуации на границах стра-
ны, включая и явное ухудшение советско-китайских отношений.
В самый разгар «скачка» в августе 1958 г. артиллерия НОАК нача-
ла обстрелы островов в Тайваньском проливе, занятых гоминь-
дановскими войсками. Результатом был крупный международный
кризис, чреватый столкновением между союзниками «двух Ки-
таев». США ввели в Тайваньский пролив корабли своего 7-ого
флота, при этом СССР, связанный с КНР договором 1950 г., не
был даже поставлен в известность руководством КПК о готовя-
щихся военных действиях. Осенью 1959 г. Китай развязал погра-
ничный конфликт с Индией, поддерживавшей дружеские отно-
шения с СССР и другими социалистическими странами, поста-
вив их в весьма затруднительную ситуацию.
В конце 50-х гг. ухудшились отношения между КНР и его глав-
ным союзником СССР. Причины ухудшения отношений между
двумя социалистическими государствами многообразны и в каком-
то смысле они носили объективный характер. Руководство КПК
явно стремилось к тому, чтобы в максимальной степени освобо-
диться от опеки со стороны СССР, что было вполне естествен-
ным. Это дополнялось желанием руководства КПК занять лиди-
рующие позиции в международном коммунистическом движе-
нии, «обогнав» Советский Союз на пути «движения к коммунизму».
В рамках этого подхода Китаю отводилось место государства, ус-
коренными темпами строящего коммунизм, СССР рассматри-
вался как страна, замедлявшая развитие на этапе социализма, а
Югославия как государство, вставшее на путь реставрации ка-
питализма. К этому надо добавить несогласие руководства КПК с
оценкой сталинизма, данной в середине 50-х гг. в СССР, а также
личные амбиции руководителей двух крупнейших социалисти-
ческих стран. Несомненно, важным аспектом разногласий между
двумя коммунистическими партиями была оценка характера взаи-
моотношений между капиталистическим и социалистическим
мирами. В середине 50-х гг. руководство СССР подчеркивало не-
обходимость мирного сосуществования, в то время как лидеры
КПК, прежде всего Мао Цзэдун, призывали не бояться новой
мировой войны, видя в ней средство победы коммунизма в мире.
По мере роста напряженности во взаимоотношениях между
двумя коммунистическими партиями изменилось отношение к
советским специалистам, работавшим в Китае. Сами руководите-
ли Китая признавали, что имели место необоснованные случаи
отстранения советских специалистов от работы, нередко им вы-
666ражали недоверие. В ситуации, когда отношения становились все
более отчужденными, советское руководство летом 1960 г. при-
няло решение об отзыве специалистов, что не могло не сказать-
ся на экономическом развитии Китая. Однако совершенно ясно,
что последствия этого решения не могли вызвать глубокий эко-
номический кризис в стране. Тем не менее руководство КНР впос-
ледствии представило его в качестве главной причины бедствий,
постигших Китай после «большого скачка». С 1960 г. начались на-
рушения советско-китайской границы гражданами Китая и в кон-
це того же года Китай отказался от импорта комплектного обо-
рудования из СССР.
Крах, на грани которого Китай оказался в результате полити-
ки «большого скачка», не только свидетельствовал о несостоя-
тельности надежд руководства КПК на стремительный переход к
коммунизму, но и означал нежизнеспособность маоистской мо-
дели социализма.

Назад к содержимому | Назад к главному меню