Историк

Перейти к содержимому

Главное меню

Воссоздание социал-демократической партии

Страны в истории > Румыния

В то же время 1907 год показал, что до союза рабочего и кресть-
янского движения под руководством социалистов еще далеко.
Многие факторы мешали росту теоретической зрелости пролета-
риата: потомственных рабочих насчитывались единицы; за счет
деревни и ремесла ряды пролетариата пополняли тысячи и ты-
сячи людей с мировоззрением мелкого хозяйчика; существовала
прослойка сезонников. Таким образом, создавалась почва для ле-
вацких увлечений и оппортунистических шатаний. Среди лиде-
ров-интеллигентов сильны были традиции реформизма. Непрере-
каемым авторитетом продолжал пользоваться К. Доброджану-
Геря. Он в мягкой форме осудил ренегатов, перебежавших в
1899 г. к либералам, и неоднократно провозглашал свою верность
социалистическому идеалу. Его строки, бичевавшие «абсурдный,
чудовищный социально-экономический организм» Румынии, дохо-
дили до умов и сердец читателей. Вместе с тем Доброджану-
Геря отошел от повседневной политической деятельности; не
участвовал в руководстве возрожденной СДПР, не выступал на
ее съездах. Он интенсивно трудился над теорией. На XX в. па-
дает написание им трудов «Неокрепостничество», «К вопросу о
социализме в отсталых странах», «Постскриптум, или Забытые
слова», в которых нашли обобщение его реформистские взгляды
о перспективах социализма вообще и в Румынии в частности.
Основной труд Гери «Неокрепостничество» был посвящен аг-
рарному вопросу в Румынии. Закон 1864 г. и все последующие
явились ограблением деревни, справедливо замечал Геря. Стра-
давшие от безземелья или малоземелья, крестьяне вынуждены
были идти на отработки. Из прежней системы выпало лишь одно
звено феодальная зависимость. Прежде крестьянин должен
был работать на боярина по закону, ныне его заставляла нуж-
да. Утвердившийся в стране вариант отработочной системы Геря
подвергал резкой критике: «Это не сельское хозяйство, а кари-
катура, гротеск», Он назвал его «неокрепостничеством», подразу-
мевая связь этого варианта с прошлым. Однако это была одно-
сторонняя оценка, ибо в румынской агрикультуре пробивались
ростки капиталистических отношений, и с этой точки зрения си-
стема являлась переходной.
Писатель недооценивал кулачество (фрунташей) как носите-
лей новых капиталистических отношений. Он считал, что в де-
ревне происходит борьба за отработочный труд крестьян между
помещиками, с одной стороны, и деревенской верхушкой (зажи-
точными хозяевами, корчмарями, старостами) с другой. Послед-
ние используют в своих интересах крестьян, готовых разнести
в щепки ненавистую боярскую усадьбу. Крестьяне, согласно
Гере, не участники буржуазно-демократического движения,
а орудие в руках одной из соперничающих неокрепостниче-
ских клик, ибо торжествующий кулак, или «серый барон», будет
продолжать те же отработки и лишь утяжелит их условия.
Крестьянские восстания представлялись Гере лишь бессмыс-
ленным кровопролитием; отсюда термин «ужасный», которым он
окрестил грозный 1907 г. И как венец этих рассуждений уме-
ренная аграрная программа, не конфискация, а выкуп латифун-
дий государством с помощью займа в 700800 млн лей, затем
разбивка их на участки, достаточные для ведения небольшого
рентабельного хозяйства и сдача их в аренду на 5060 лет. Не-
чего и говорить, что подобного рода планы были далеки от поже-
ланий крестьянства, требовавшего предоставить ему помещичью
землю в собственность, а не в аренду. С такой аграрной про-
граммой нечего было и думать о союзе рабочего класса и кресть-
янства. Впрочем, о подобном союзе Геря даже не помышлял. Он
хотел вовлечь деревню в движение за демократические права,
и тогда, по его мнению, «восстания останутся воспоминанием пе-
чального прошлого».
Высказывания Доброджану-Гери о промышленной буржуазии
несколько противоречивы. В целом он недооценивал и ее разви-
тие, и роль олигархии, управлявшей страной. «Наши господст-
вующие классы, писал он, основывают свое владычество и
извлекают свои доходы прежде всего из неокрепостничества. Они
питают мало непосредственного интереса к широкому развитию
капиталистической индустрии, а во многих случаях ей прямо
враждебны». Крупный капитал, по Гере, выступал в румынской
олигархии даже не на вторых, а на третьих ролях; второе место
занимала бюрократия, администрация, превратившаяся в новый
господствующий класс. А раз в Румынии нет «сильного индуст-
риального пролетариата», нечего и думать о социалистической
революции: «у нас нет необходимых условий для подобного дви-
жения и подобной социальной трансформации».
И Доброджану-Геря более подробно (но отнюдь не аргумен-
тированно), чем в ранние годы, излагал тот взгляд, будто от-
сталые страны воспримут социализм от передовых. Он писал:
«Когда передовые капиталистические государства, доминирующие
в нашу эпоху развития человеческого общества, определяющие
эволюцию человечества и стремящиеся переделать отсталые по
своему образу и подобию... превратятся в социалистические, то
отсталые, полукапиталистические общества, не развившие у себя
жизненно необходимых для социализма условий, также воспри-
мут навязанную им социалистическую форму организации
общества».
Поскольку пролетариат отсталой России не пожелал терпели-
во ждать, пока Запад передаст ёй «организацию общества» «по
своему образцу и подобию», а бросил в 1905 г. вызов самодержа-
вию, Геря осудил партию большевиков. Вопреки фактам он про-
должал утверждать, что «содержание, характер, движущие силы
эпохи» определяет не Россия, а «передовые капиталистические
страны», под влиянием которых изменяется «русский социальный
организм». И Геря горой вставал на защиту «знаменитого и клас-
сического легального пути», осуждая «путчистско-революционную
тактику, как дурную, смехотворную и абсурдную». Румынским
социалистам он предрекал многие-многие десятилетия агитаци-
онно-организационной деятельности, борьбы за всеобщее избира-
тельное право и «господство законов». Интересно, что писалось
это не в сравнительно мирные 80-е годы XIX столетия, а после
того, как центр мирового революционного движения переместился
в Россию, рабочий класс которой дал бой царизму на баррикадах
революции 19051907 гг.
Реформистская концепция Гери явилась серьезным тормозом
в развитии румынского социалистического движения. Авторитет
его оставался высоким, ни разу, нигде его воззрения не подвер-
гались критике, левые не смогли противопоставить его по-своему
стройной системе взглядов целенаправленную революционную
линию. Успехи немецких социал-демократов на выборах впечат-
ляли и подкрепляли веру во всеобщее избирательное право как
ключ к прогрессу.
Но в недрах партии вызревали и другие силы, отталкивав-
шиеся от практики борьбы, от опыта стачечного движения и вос-
стания 1907 г. в своей стране, революции 19061907 гг. в Рос-
сии. Столкновения с аппаратом подавления заставляли искать
союзников и более совершенные формы организации; умерен-
ность и легальность, рекомендуемые Герей, не могли удовлетво-
рить ни массы, ни вожаков левых, которые в своей деятельности,
а случалось, и в партийных документах выходили за рамки,
рекомендуемые старым теоретиком. В руководстве стачечным
движением, в объединении профсоюзов, собирании кружков в
партию во всех этих процессах сыграли свою роль молодые
вожди Штефан Георгиу, Ион Константин Фриму, Александру
Константинеску, Михай Георге Бужор. Постепенно выковыва-
лись отдельные звенья революционной стратегии и тактики; на
рабочих и социалистических форумах все громче звучали револю-
ционные нотки.
1906 год. Собственническая Румыния поет аллилуйю королю
Карлу, отмечая 40-летие его восшествия на престол. Социалисти-
ческие кружки в ответ выпускают брошюру «Сорок лет нищеты,
рабства и позора».
1907 год. Образуется Социалистический союз переходная
ступень на пути возрождения партии.
После спада 19081909 гг. осенью 1909 г. начинается подъем
рабочего движения, и, что особенно тровожит власти, во главе
его выступает персонал государственного сектора, в первую оче-
редь железных дорог. Правительство в поисках повода для рас-
правы идет на провокацию. В декабре того же года сигуранца
(охранка) инсценирует покушение на премьер-министра. Тот
остается цел и невредим. Зато удар обрушивается на рабочих:
парламент спешно проводит так называемый закон Орляну, по
которому запрещаются профсоюзы на государственных предприя-
тиях (железных дорогах, арсеналах, табачной монополии, где
было занято свыше 60 тыс. человек). Забастовку протеста про-
вести не удалось. Численность членов профсоюзов сократилась
вдвое (с 8,5 тыс. до 4 тыс.).
Карательные акции парламента и кабинета усилили стремле-
ние передовых рабочих к объединению и возрождению партии.
В январе 1910 г. их стремление воплотилось в жизнь: состоялся
Учредительный съезд СДПР. Он провозгласил верность принци-
пам классовой борьбы и интернационализма, объявил целью пар-
тии обобществление средств производства и уничтожение экс-
плуатации человека человеком. Были выдвинуты требования
8-часового рабочего дня, всеобщего избирательного права, свобо-
ды, действительной, а не мнимой, собраний и стачек. Но и в про-
грамме и в тактике имелось множество реформистских прорех:
многие положения Доброджану-Гери были приняты к исполне-
нию. Легализм удерживал прочные позиции. Представитель ле-
вых М. Г. Бужор заявил в докладе: «Здесь, где все управление
проникнуто полнейшим произволом, лишь социал-демократиче-
ская партия будет придерживаться закона, бороться за его соблю-
дение и за устранение самоуправства».
И все же, не отвергая легальности в теории, делегаты левых
на практике предлагали выйти за его рамки. С трибуны съезда
прозвучало требование внепарламентских действий: «Мы не мо-
жем убаюкивать себя иллюзией, будто завоюем парламентское
большинство, которое добудет для нас реформы; мы должны опи-
раться прежде всего на главные силы рабочей армии, которая
борется вовне, и заставить буржуазию считаться с нашими пред-
ставителями». Некоторые возмущенные законом Орляну делега-
ты предложили перейти к созданию на государственных пред-
приятиях тайных профсоюзов; большинство отвергло эту идею,
отдельные «легалисты» протестовали против произнесения самого
слова «секретный». Признаки размежевания по важнейшему так-
тическому вопросу были налицо: все предвещало, что левые в
своей практике не склонятся благоговейно перед законом и будут
действовать по-боевому.
Авторитет Гери мешал выработке аграрной программы. Реше-
но было дождаться выхода в свет его труда «Неокрепостничест-
во», появившегося в том же 1910 г. Съезд высказался за «прину-
дительный выкуп возможно большей части крупной земельной
собственности». Это расплывчатое положение никак не могло
удовлетворить крестьян. Пышные декларации насчет того, что
партия является «надежным щитом, естественным покровителем»
«тружеников деревни», не могли заменить действенной аграрной
программы.
Образование партии совпало с новым подъемом рабочего дви-
жения. В июле 1910 г. состоялись стачки грузчиков и возчиков
порта Брэила и типографских рабочих Бухареста. В 1911 г. было
зарегистрировано 43 конфликта. Наиболее значительный охватил
1600 портовиков Галаца. Активно прошло празднование Перво-
мая в 1911 г. Развернулось движение за издание законов о со-
циальном страховании. Это повлияло на содержание принятого в
1912 г. так называемого закона Неницеску, предусматривавшего
введение пенсий по старости и страхования на случай болезни и
увечья. Посетивший тогда Румынию Георгий Димитров писал,
что страна охвачена «настоящей эпидемией стачек». К июньской
забастовке металлистов и кожевников Бухареста присоединились
трудящиеся других отраслей.
Всего в 19101912 гг. произошло 168 забастовок, в большин-
стве своем увенчавшихся успехом. В них участвовало более
35 тыс. человек. Рабочее движение превратилось в серьезную
силу, и олигархия забила тревогу. Не реформистские творения
лидеров, не призывы к установлению всеобщего избирательного
права внушали ей тревогу, а массовость и напор рядовых пар-
тийцев, возглавляемых вождями-практиками.
В связи с балканскими войнами явственно обозначилась анти-
милитаристская линия в румынском рабочем движении. Правда,
и тут наметилось размежевание. Руководство СДПР, осуждая
агрессивную политику балканской буржуазии, включая «собствен-
ную», вело кампанию протеста в легальных формах. Однако на
митингах и собраниях, прокатившихся по стране от Бухареста до
Галаца, от Кымпины до Джурджу, раздавались и более реши-
тельные голоса: «Долой войну между народами!», «Да здравст-
вует социальная война!».
Группа рабочих во главе со Штефаном Георгиу выпустила
манифест «Война войне». «Когда нам будут твердить родина
требует... родина хочет"... говорилось в манифесте, заткните
шарлатанам глотку словами: родиной являемся мы, рабочие,
производители всех общественных богатств, и мы лучше знаем,
что нам нужно». Манифест заканчивался призывом отказаться от
военной службы. Показательно, что исполком СДПР осудил его
авторов за нарушение линии партии и принял меры, чтобы по-
мешать его распространению. По важнейшему вопросу об отно-
шении к войне в тактике реформистов и революционеров обна-
ружился раскол.

Назад к содержимому | Назад к главному меню