Историк

Перейти к содержимому

Главное меню

Наступление фашизма

Страны в истории > Румыния

Героическая эпопея Красной Гривицы повергла в страх олигар-
хию и усилила в ее рядах стремление к режиму твердой власти.
А. Вайда-Воевод заявил: «Нужно спасти страну, переступив через
все законы, через все порядки, через все конституции. Пусть бу-
дет диктатура, но страну надо спасти». В Румынии было введено
осадное положение, продлевавшееся вплоть до государственного
переворота 1938 г. Усилился фашистский террор. Его жертвой
стал глава правительства либералов И. Дука.
Новый либеральный кабинет сформировал лидер группировки
«молодых» Г. Татареску. Его правительство держалось у власти с
начала 1934 до декабря 1937 г. и стабильности его правления в
немалой степени способствовало определенное оживление эконо-
мической конъюнктуры. Рост производства наблюдался в нефтя-
ной промышленности, работавшей на экспорт, в металлургиче-
ской, химической и текстильной, значительная часть продукции
которых обеспечивала вооружение. Общий индекс промышленного
производства в 1938 г. превысил уровень докризисных лет в сред-
нем в 1,5 раза. Промышленность к концу периода составляла
треть национального дохода, а сельское хозяйство около 55%,
оставаясь основной отраслью экономики буржуазной Румынии.
Даже по свидетельству буржуазных экономистов, положение
румынской деревни в тот сравнительно благоприятный для эко-
номики период оставалось совсем «плачевным». Пережитки фео-
дализма лежали тяжелым бременем на сельском хозяйстве. Про-
ведение аграрной реформы растянулось на весь межвоенный пе-
риод, и тем не менее в стране оставалось около 1 млн безземель-
ных крестьян. Рентабельность сельского хозяйства в Румынии
одного из самых отсталых в Европе, мелкокрестьянского по пре-
имуществу была крайне низкой. Сельскохозяйственных машин
на 1 га пашни в Румынии было в 2 раза меньше, чем в Болга-
рии, в 3 раза меньше, чем в Польше, и в 15 раз меньше, нежели
в Германии. Более половины крестьянских хозяйств не имели ни
плуга, ни рабочего скота. В 1937 г. капиталовложения в агри-
культуру составляли всего восьмую часть от вложении в про-
мышленность.
Во второй половине 30-х годов значительно усилились процесс
сы монополизации. 94 картеля контролировали 1600 из имевших*
ся 3700 крупных ii средних предприятий, располагая более чем
половиной общего капитала. Монополии «Бухуш» и «Шерг» дер-
жали в руках около половины производства хлопчатобумажных
тканей. В табачной промышленности шесть ведущих картелей да-
вали 40% продукции. Наиболее развитую отрасль тяжелой про-
мышленности металлообрабатывающую держали под конт-
ролем четыре крупнейшие монополии. На долю концерна «Реши-
ца» приходилось около 80% выплавки стали, три четверти чу-
гуна, половина всех выпускаемых в стране локомотивов.
В нефтяной промышленности четыре монополии с иностран-
ным капиталом «Астра Ромына», «Стяуа Ромына», «Конкор-
дня» и «Ромына-Американа» давали более 80% нефти и неф-
тепродуктов.
Быстрыми темпами шел процесс концентрации производства в
промышленности. Так, в рассматриваемый период количество
предприятий выросло менее чем на 6%, а численность занятых
рабочих увеличилась в 1,6 раза. В целом в промышленности, на
транспорте, связи в 1938 г. было занято около 1,6 млн человек.
В металлургии более половины всех занятых рабочих трудились
на заводах, численность персонала которых превышала 500 че-
ловек.
Параллельно развивался процесс централизации и концент-
рации банковского капитала, слияние его с промышленным, уси-
ление элиты финансово-промышленной олигархии. На рубеже
30-х годов в стране насчитывалось более 1100 банков, к 1937 г. пх
число сократилось более чем вдвое при значительном увеличении
самого капитала. Господствующее положение в экономике заняла
«большая пятерка» Румынский банк, Банк румынского креди-
та, Итало-Румынский коммерческий банк, Банковское румынское
общество и Румынский коммерческий банк. Члены администра-
тивных советов и директората этих банков занимали почти
400 постов в руководстве промышленных и торговых монополи-
стических объединений, были связаны тесными деловыми и лич-
ными узами со старейшим государственным Национальным бан-
ком вотчиной национал-либеральной верхушки во главе с се-
мейством Брэтиану. Всесилие этой финансово-монополистической
элиты определяло и политическую силу «старых либералов» во
главе с Константином (Дину) Брэтиану.
В перпод относительно быстрого развития отраслей тяжелой
промышленности (металлургической, нефтяной, химической, об-
рабатывающей, расширения военного производства) ключевые по-
зиции в экономике стала занимать новая монополистическая
группировка во главе с королем Каролем II. В нее входили пред-
ставители Союза металлургической и горнорудной промышленно-
сти Румынии, такие воротилы промышленно-финансового капи-
тала, как Н. Малакса, М. Аушнитт, И. Джигурту, Н. Бужою,
А. Орхидан. Благодаря своей близости к королю они получили
в 30-е годы исключительное право на производство вооружения
к Румынии. Они составляли ядро сложившейся вокруг дворца
группировки, которая именовалась «королевской камарильей».
К ней примыкал Банк румынского кредита, председателем
которого являлся премьер-министр Г. Татареску, глава «молодых
либералов», а среди членов административного совета и крупней-
ших держателей акций числились управляющий королевским
двором Э. Урдаряну, политический деятель и промышленник
И. Джигурту, председатель «клуба миллиардеров» К. Арджетоя-
ну и др. Традиционно буржуазная элита (на этом этапе фи-
нансово-монополистическая) смыкалась с земельной аристокра-
тией. Так, семейство Алимаништяну обладало и крупными по-
местьями, и солидными банковскими акциями; другим представи-
телем аграрно-промышленных верхов являлся Барбу Штирбей
родственник семейства Брэтиану, бывший премьер-министр, круп-
ный помещик, промышленник, финансист. А на вершине аграрно-
финансово-промышленной олигархической пирамиды находилась
монархия. Сам Кароль II владел акциями более 40 финансово-
промышленных обществ общей стоимостью около 600 млн лей.
Почти все предприятия, в которых был заинтересован король
или его доверенные лица и члены «камарильи», были картелиро-
ваны и пользовались особыми государственными привилегиями.
Формирование этой новой группы экономической элиты яви-
лось самым значительным явлением развития монополистическо-
го капитализма в Румынии в 30-е годы. Складывалась узкая ка-
ста аграрно-финансово-промышленной олигархии, занимавшая
постепенно ключевые посты в экономической сфере, а в союзе с
политическими лидерами и решающие позиции в системе госу-
дарственной власти.
Политика необычно долго продержавшегося у власти прави-
тельства НЛП являлась результатом консолидации главных сил
монополистического капитала в целях обеспечения выхода стра-
ны из кризиса 19291933 гг. Времена свободной либеральной
экономики прошли. Когда дела пошли плохо, экономическая эли-
та потребовала от государства срочной поддержки для спасения.
Один из лидеров либералов Г. Брэтиану охарактеризовал со-
здавшуюся во второй половине 30-х годов обстановку как наступле-
ние «эры диктатуры государства». «В Румынии проявилась тен-
денция роста вмешательства государства во все области жизни об-
щества, подчеркивал он. Мы переживаем кризис либерализма».
Оценивая назначение Г. Татареску на пост премьер-министра
в 1934 г. компартия отмечала, что в системе политической власти
«значительно возросла роль королевской камарильи и военной
клики, а фашизация либеральной партии и государства сделала
значительный шаг вперед».
Первым и весьма симптоматичным политическим шагом пра-
вительства Татареску было оправдание в ходе судебного процесса
главарей «Железной гвардии» во главе с К. Кодряну органи-
заторов убийства бывшего премьера И. Дуки. Почти одновремен-
но правительство приняло закон о продлении осадного положения
и цензуры.
«Железная гвардия», формально находившаяся на нелегаль-
ном положении, беспрепятственно получала материальную по-
мощь и поддержку гитлеровской Германии. Представители дело-
вого мира Н. Малакса, М. Аушнитт систематически оказы-
вали легионерам Кодряну финансовую помощь. Лидеры партий
К. Арджетояну, Ю. Маниу, группы «либералов-диссидентов»
Г. Брэтиану поддерживали прямые контакты с «железногвар-
дейскими» верхами. С ведома и одобрения властей в декабре
1934 г. «Железная гвардия» была преобразована в легальную
политическую партию «Все для отечества».
В начале 1935 г. в результате слияния Лиги национал-хри-
стианской защиты, возглавляемой А. Кузой, с национал-аграрной
партией О. Гоги в Румынии была создана еще одна фашистская
партия национал-христианская (НХП). Она широко использо-
вала в своей пропагандистской деятельности национализм и анти-
семитизм, ориентируясь на программу «фашистской революции»
Муссолини.
Фашистские организации стремились привлечь на свою сторо-
ну мелкобуржуазные массы города и деревни, студенчество и мо-
лодежь, чиновничество, реакционно-националистическую часть
интеллигенции. Ударные силы фашистских легионеров составля-
ли деклассированные элементы, молодежь кулацкого происхожде-
ния, сынки торговцев, ростовщиков, которых привлекали либо
условия вседозволенности, ажиотаж хулиганствующей толпы,
либо бесплатное питание и одежда в «железногвардейских» «тру-
довых лагерях». Главари и идеологи легионерского движения, за-
игрывая с рабочими, выдвигали демагогические лозунги о необ-
ходимости «отчуждения нечестно приобретенного капитала», вы-
сказывались за помощь безработным, демонстративно выражали
свое «возмущение» правительственными репрессиями. Нищета
крестьянства, мелкой городской буржуазии, неуверенность их
экономического и политического положения, слабость или отсут-
ствие классового сознания являлись той основой, на которой
строились попытки фашистских лидеров создать движению мас-
совую социальную опору.
В середине 30-х годов эволюционировали вправо и буржуазные
партии, именовавшие ранее себя «либеральными» и «демократи-
ческими». Так, один из ветеранов НЦП А. Вайда-Воевод, из-
вестный своими симпатиями к «железногвардейцам», создал ре-
акционную группировку «Румынский фронт» и пытался объеди-
нить под знаменем «румынизма» различные фашистские группи-
ровки, что ему не удалось из-за соперничества главарей.
Обострились противоречия и в правящей национал-либераль-
ной партии: открыто прогерманскую и профашистскую позицию
занял лидер «либералов-диссидентов» Г. Брэтиану. Выделение
этого крыла в стане национал-либералов отразило маневрирова-
ние влиятельных кругов королевской Румынии в отношении при-
шедшего к власти германского фашизма и их попытки устано-
вить взаимопонимание с ним.
Но основные слои крупного капитала еще не были готовы к
смене вех. Изменение международной обстановки вслед за выхо-
дом Германии из Лиги Наций, усиление реваншистских настрое-
ний в хортистской Венгрии заставило румынские правящие клас-
сы, по крайней мере временно, отказаться от непосредственного
сближения с гитлеровской Германией. Страны Малой Антанты,
в их числе и Румыния, предприняли определенные шаги для кон-
солидации этого блока, подписав в феврале 1933 г. «Организаци-
онный пакт». Тогда же была принята секретная декларация,
в которой страны участницы Малой Антанты обязались под-
держивать статус-кво в Европе.
В феврале 1934 г. была создана Балканская Антанта, в состав
которой вошли Румыния, Югославия, Греция и Турция. Этот блок
не смог устранить ни одного противоречия в регионе Юго-Вос-
точной Европы. С его созданием оказалась в определенной изоля-
ции союзница Румынии и Югославии по Малой Антанте Чехо-
словакия. Таким образом, события на международной арене тре-
бовали от румынской дипломатии перестройки ее внешнеполити-
ческой ориентации с учетом осложнения европейской обстановки
в условиях наступления германского фашизма.
Весь этот комплекс взаимосвязанных причин и обстоятельств
предопределил возможность проведения в жизнь политической
линии министра иностранных дел Румынии Н. Титулеску. Не-
сомненной его заслугой было понимание того факта, что перед
нарастанием внешней угрозы наиболее действенным фактором
для безопасности Румынии было бы сотрудничество с Советским
Союзом. Состоявшаяся в январе 1934 г. конференция Малой Ан-
танты, на решения которой Н. Титулеску оказал определяющее
влияние, рекомендовала своим участникам установить диплома-
тические отношения с СССР. В последующий период на перего-
ворах в Лондоне советских представителей и Н. Титулеску сторо-
ны пришли к соглашению об установлении советско-румынских
дипломатических отношений 9 июня 1934 г. В этом факте КПР
видела залог укрепления не только внешнеполитпческого поло-
жения страны, но и сил демократического лагеря в борьбе про-
тив наступления внутреннего фашизма и реакции.
Компартия проанализировала развитие внутриполитической
обстановки в стране к концу 1934 г. в документе «О неотложных
задачах партии в связи с фашизацией страны» и сделала вывод
о том, что правительство Татареску, отражая диктаторские
устремления короля и его окружения, встало на путь открытой
поддержки и поощрения сил реакции и фашизма. КПР отмечала,
что буржуазно-помещичья верхушка не может лишь «договорить-
ся по вопросу о том, «кто» и «каким образом» должен установить
фашистскую диктатуру». Тогда же компартия выдвинула на пер-
вый план задачу организации фронта антифашистского движе-
ния, предлагая развернуть его наступление по следующим на-
правлениям: экономическая борьба трудящихся города и де-
ревни; борьба против осадного положения и «чрезвычайных
законов», разжигания шовинизма в массах; против развязывания
новой империалистической войны.
В 1934 г. прошли крупные забастовки металлистов Бухареста,
горняков Анины, железнодорожников Ясс и Пашкан. Борьба ве-
лась против наступления на жизненный уровень, штрафов и
увольнений. Иногда рабочие п крестьяне выступали против не-
посильной эксплуатации совместно, как это произошло в октябре
1934 г. в долине р. Гимеш, когда рабочие-забастовщики с лесо-
разработок были поддержаны выступлениями крестьян окрестных
сел, а руководили их общими действиями созданные под влияни-
ем коммунистов совместные комитеты.
Компартия Румынии направила свои усилия на создание мас-
совых демократических легальных организаций, выдвигавших
задачи близкие и понятные широким слоям трудящихся, сочетая
их, однако, с общей направленностью движения в защиту демо-
кратии в стране, против угрозы фашистской реакции и войны.
По инициативе КПР для руководства этим движением был соз-
дан Национальный антифашистский комитет, объединивший в ря-
дах местных организаций около 150 тыс. человек. Комитет су-
мел организовать выпуск легальных изданий, в которых участво-
вала творческая интеллигенция. Широкое распространение полу-
чили книги, брошюры, плакаты, листовки на антивоенную тему.
Популярной среди масс стала книга Петре Пандри «Коричневая
чума», выпущенная на румынском, венгерском и немецком языках.
Весной 1934 г. начала свою деятельность МАДОС демокра-
тическая организация венгерских трудящихся Румынии. «Фронт
земледельцев», созданный как региональная организация Тран-
сильвании, завоевывал влияние и популярность среди крестьянст-
ва всей страны, активно сотрудничая с коммунистами на местах
и руководством КПР. Фронт во главе с П. Грозой постепенно
становился опорой компартии для работы в деревне.
Правительство вскоре перешло к открытым репрессиям про-
тив развертывавшегося в стране антифашистского движения.
В ноябре 1934 г. был наложен запрет на деятельность 32 массо-
вых демократических организаций, унитарных профсоюзов, вве1
дена строжайшая цензура, закрыты многие прогрессивные органы
печати. Власти получили право вводить военное положение на
предприятиях и в целых отраслях производства, что было исполь-
зовано в первую очередь против железнодорожников и друга*
авангардных отрядов румынского пролетариата.
Фашистов репрессивное законодательство не коснулось; они
чувствовали себя вольготно, издавали около 20 газет и журналов.
Власти закрывали глаза на продолжавшийся террор «железно-
гвардейцев» против демократически настроенных деятелей, анти-
семитские бесчинства легионеров. Для проведения «железногвар-
дейского» сборища в 1936 г. в Тыргу-Муреше правительством
были выделены деньги, транспорт, помещения. Сам король пре-
доставил легионерским главарям 100 тыс. лей в качестве «помост
щи». Кодряну обратился к Каролю с письмом, ультимативно тренР
буя изменить ориентацию внешней политики Румынии, взяв
«равнение на Германию».
Выступая на VII конгрессе Коминтерна в июле 1935 г., Гене-
ральный секретарь ЦК КПР Б. Стефанов предупреждал, что в
Румынии «готовится попытка установить военно-фашистскую
диктатуру». В этих условиях перед партией выдвигалась задача
сплотить в антифашистской борьбе все силы румынского общест-
ва на общей платформе в защиту демократии, против реакции,
фашизма и угрозы войны.
Важной практической задачей компартии было достижение
единства действий с социал-демократическим движением, что за-
ложило бы основы единого рабочего фронта в Румынии. ЦК КПР
неоднократно выступал с предложениями к руководству социал-
демократической и унитарной социалистической партий о созда-
нии единого фронта борьбы против фашизма. Но центральные
органы этих партий отказались сотрудничать с КПР. Лишь отко-
ловшаяся часть социалистической партии во главе с К. Попови-
чем поддерживала платформу КПР в борьбе за народный анти-
фашистский фронт.
Яркие страницы истории антифашистского движения в сере-
дине 30-х годов в Румынии связаны с плодотворной деятельностью
наиболее влиятельной из легальных демократических организа-
ций Блока защиты демократических свобод (Демократический
блок). Председателем ЦК Блока был избран видный антифашист-
ский деятель, коммунист, профессор П. Константинеску-Яшь. Ко-
митеты Блока создавались во всех крупных городах страны.
Осенью 1935 г. при посредстве Демократического блока КПР вела
переговоры о единстве действий с массовыми организациями
«Фронтом земледельцев» и МАДОС. 3 ноября этими организация-
ми было проведено многотысячное крестьянское собрание в
г. Дева (Трансильвания), заявившее о своей солидарности с
принципами народного фронта. К соглашению трех организаций
присоединилась группа социалистов К. Поповича. 6 декабря
1935 г. на многолюдном народном собрании в Цебя было под-
тверждено решение этих организаций о единстве действий, зало-
жившее основы демократического антифашистского фронта в Ру-
мынии.
На частичных выборах в парламент, состоявшихся в уездах
Хунедоара и Мехединци в феврале 1936 г., в парламент были
избраны кандидаты народного фронта. Яркой демонстрацией
единства антифашистских демократических сил стали массовые
демонстрации 31 мая 1936 г. в Бухаресте и других крупных го-
родах страны, проходившие под лозунгами: «Долой фашизм!»,
«Долой цензуру и осадное положение!». По данным полицейско-
го управления, соглашение между Демократическим блоком,
«Фронтом земледельцев», МАДОС и социалистической партией
Поповича поддерживало в середине 1936 г. до 400 тыс. человек.
Напуганное размахом антифашистского движения и сплоче-
нием сил фронта, правительство поспешило запретить деятель-
ность Демократического блока. В дальнейшем его традиции были
продолжены «гражданскими комитетами», которые брали на себя
защиту порядка в городах против банд «железногвардейцев», сле-
дили за соблюдением трудовых соглашений, боролись со спеку-
ляцией, организовывали рабочую взаимопомощь.
Несмотря на определенные успехи и большую организаторскую
работу КПР и созданных ею организаций, единство действий де-
мократических сил не охватило большинства народа. «Если нашей
партии, отмечал Г. Георгиу-Деж, все же не удалось практи-
чески выполнить этой задачи в более широком масштабе, то это
объясняется прежде всего тем, что другие партии, в том числе
так называемые «исторические» партии, систематически откло-
няли выдвигаемые предложения... Представители этих партий
открыто выступали против идеи Народного фронта, изображая его
как маневр" коммунистов...»
Внутриполитическое положение в стране резко обострилось во
второй половине 1937 г. в связи с окончанием полномочий пра-
вительства Татареску. Реакция перешла в наступление. Был про-
длен декрет об осадном положении, объявлены вне закона более
60 демократических п антифашистских организаций. Легионерский
главарь Кодряну открыто объявил 1937 г. «решающим годом
борьбы, жертв и побед» «Железной гвардии». Связи национал-ца-
ранистского руководства во главе с Ю. Маниу с «железногвар-
дейцами» усилились в ходе предвыборной кампании, их общей
целью стало нанесение поражения правительственной партии
НЛП. Во имя этого между НЦП и легионерами был заключен так
называемый пакт о ненападении. Практически своим пактом
Ю. Маниу вывел «Железную гвардию» на арену предвыборной
борьбы и нанес предательский удар демократическому движению.
Подчеркивая всю серьезность сложившейся обстановки, КПР от-
мечала, что «на предстоящих выборах страна не просто меняет
правительство, голосует за ту или иную партию. Страна находит-
ся на перепутье истории». КПР призвала к сплочению демократи-
ческих сил против правительства либералов и против главной
опасности фашизма, «независимо от того, исходит ли он от
правительства или от Железной гвардии"».
Реакция сумела использовать организационную слабость ле-
вых сил. Фашисты получили более 500 тыс. голосов избирателей,
«Железная гвардия» заявила о себе в полный голос, став третьей
партиен в парламенте. Воспользовавшись разногласиями в буржуа
азном лагере, Кароль в конце декабря призвал к власти слабую
организационно и маловлиятельную национал-христианскую пар-
тию, во главе которой стояли О. Гога и А. Куза, реакционные
политические деятели фашистско-националистического направле-
ния. Король явно маневрировал, стремясь столкнуть лидеров про-
тивоборствовавших фашистских группировок.
Центральным пунктом программы и идеологии партии Гоги
Кузы (если эти высокие термины применимы к ней) был антисе-
митизм и антикоммунизм. Первым официальным актом прави-
тельства Гоги явилось постановление об изгнании из государст-
венного аппарата представителей национальных меньшинств, а в
экономике об ограничении участия и роли их капитала.
Уже в январе 1938 г. пресловутая фашистская программа то-
тальной «румынизации» начала проводиться в жизнь с проверки
гражданства. Готовилась «унификация» печати, запрещены были
многие издания буржуазно-демократического направления. В ок-
купированной Бессарабии закрыты все газеты, издававшиеся на
русском языке.
В экономической области кризисные тенденции углубились,
что было связано также с недоверием деловых кругов Румынии
к политике НХП и правительству Гоги. Один из близких к коро-
лю политических деятелей А. Калинееку написал об этих днях в
дневнике, что правительство «не имеет концепции, импровизиру-
ет... экономические и финансовые круги его саботируют... пани-
ка в еврейских кругах». Упали акции ведущих промышленных
обществ «Астра Ромына», «Решица» и др. Тревога промышлен-
ных воротил сопровождалась изъятием капиталов из банков, рос
курс иностранной валюты, инфляция вышла из-под контроля.
Буржуазная печать всех направлений в январе 1938 г. зада-
валась вопросом: может ли правительство Гоги вывести страну
из хаоса?
В секретном досье румынской службы информации отмечалось
«глубокое недовольство всех социальных слоев» и делался недву-
смысленный вывод: «Новое правительство не может долго удер-
жаться у власти по двум причинам: оно не управляет экономи-
кой... и недовольное общественное мнение не поддерживает пра-
вительство крайне правых».
Внешнеполитические планы кабинета Гоги сводились к стрем-
лению «заключить пакт о дружбе с Германией». Министры из
НХП пошли на крупную экономическую сделку, передав румын-
ские военные заказы, ранее сделанные во Франции и Чехослова-
кии, фирме Круппа. Национал-христианские лидеры быстро со-
шлись и с итальянским фашизмом. В обмен на признание коло-
ниальных захватов фашистской Италии и поставки ей нефти Ру-
мыния начала получать бомбардировщики и подводные лодки.
Деятельность правительства Гоги вызывала все большее раз-
дражение западных политических лидеров. Французские круги
подчеркивали, что «Англия и Франция не могут оставаться в
стороне, поскольку смена кабинета в Румынии чревата весьма
серьезными осложнениями на Балканах». Из Лондона в адрес
Кароля прозвучало решительное предупреждение об отказе в
поддержке правящему кабинету.
После стольких лет ожидания и политических маневров
с лидерами буржуазных партий Кароль понял, что для него на-
ступил долгожданный час действия.

Назад к содержимому | Назад к главному меню