Историк

Перейти к содержимому

Главное меню

Вавилон

Рефераты

Во втором центре рабовладельческой цивилизации того времени Двуречье, тогда почти еще изолированном от цивилизации Нильской долины, на рубеже III и II тысячелетий произошли события, не только приведшие к падению царства Шумера и Аккада, созданного III династией Ура, но и повлекшие за собой существенные изменения в общественной жизни. В результате этих событий была разрушена систем громадных, сильно централизованных царских хозяйств, созданных трудом многочисленных отрядов людей, подвергавшихся рабовладельческой эксплуатации. Страна распалась, подобно Египту древнего царства, на множество мелких государств, в которых, как это имело место и в Египте, все более развиваются рабовладельческие хозяйства частных лиц. Царские хозяйства теперь получают несколько иной характер, чем раньше.
В первой половине II тысячелетия до н. э. Произошло новое объединение почти все долины Двуречья вокруг города ВАВИЛОНА ( так называемое Старо-Вавилонское царство в отличие от Ново-Вавилонского царства, сложившегося тысячелетием позже). Экономическая необходимость, в том числе необходимость ведения единого ирригационного хозяйства в масштабе всей долины Двуречья, определяла и необходимость политического объединения страны. В течение примерно 2 тысяч лет, начиная с этого времени, город Вавилон оставался важнейшим экономическим им культурным центром не только Двуречья, но и всего древнего мира. Этим и объясняется, что позже все древнее Двуречье часто называли Вавилонией.

Возникновение Старо-Вавилонского царства

После разгрома державы III династии Ура единое государство Шумера и Аккада сме-нили два самостоятельных цар¬ства на севере и юге Двуречья, основанные вторгнувши-мися аморейскими племенами. Последние осели в стране, постепенно смешавшись с ме-стным населением, в про¬тивоположность эламитам, вернувшимся после разграбления бо-гатых городов Шумера и Аккада в свои горы. На севере, в Аккаде, образовалось государ-ство со столицей в Исине, в 25 км от Ниппура. На юге амореи основали после ухода эла-митов другое царство со столицей в Ларсе. Цари обеих династий пытались продолжать традиции династии Ура и поэтому называли себя «царями Шумера и Аккада».

Путём сопоставления ряда фрагментов клинописных табличек, раскопанных в Ниппу-ре, удалось восстановить, хотя и в неполном виде, сборник законов пятого царя династии Исина, Липитиштара. Созданный по повелению царя-аморея, т. е. се¬мита, он был тем не менее написан на шумерском языке и составлен, судя по введе¬нию, с учётом в первую очередь интересов населения городов Ниппура, Ура и Исина. Из сохранившихся отрыв-ков видно, что в законах уже не делалось различия между рабом-военнопленным, куп-ленным рабом и рабом-должником. Законы царя Исина не предусматривали никакого от-личия в правовом отношении между аморейскими завоевателями и покорённым ими на-селением Шумера и Аккада, что, надо думать, вызывало недовольство среди амореев. Оно, по-видимому, вылилось в конце концов в открытое восстание. Торжество победите-лей не было длительным, и восстание было подавлено преемником Липитиштара Урни-нуртой, при котором рабовладельческая знать Шумера и Аккада на некоторое время вос-торжествовала.
Эта знать достигла власти и на юге, в государстве Ларсы. От времени её господ¬ства до нас также дошёл фрагмент законов. На основании сохранившихся 9 статей можно судить, что закон оберегал интересы рабовладельцев: он сохранял, например, за ними право на труд их приёмных детей и не защищал последних от произвола приёмных родителей. Имеются основания для утверждения, что закон в то время не ограничивал ростовщиче-ские устремления крупных рабовладельцев. О сравнительно высоком по тому времени развитии юридической мысли говорит тот факт, что при определении наказания здесь уже делаются попытки учесть и момент злой воли со сто¬роны лица, нанёсшего ущерб.
Владения царства Исина и Ларсы не выходили за пределы Двуречья. Непосредствен-ными соседями царства Исина было государство Мари на северо-западе, расположенное на среднем течении Евфрата, и государство Эшнунна на северо-востоке, в долине реки Диялы, притока Тигра. В обеих указанных областях были проведены многочисленные архео¬логические исследования, результаты которых пролили яркий свет на историю в культуру Передней Азии начала II тысячелетия до н. э.
Мы лучше знаем общественные отношения государства Эшнунны благодаря тому, что был найден сборник или часть сборника законов царя этого государства Билаламы (нача-ло XX в. до н. э.). В противоположность законам Исина и Ларсы законы Эшнунны были составлены не на шумерском, а на аккадском языке, на языке первых семитических пле-мён, осевших в Двуречье и в смежных с ним областях. Всего от законов Билаламы сохра-нилось около 60 статей самого разнообразного содержания. Так, первые две статьи по-священы определению цен на различные товары, причём цены в первой статье выражены в серебре, а во второй в зерне. Ряд статей рассма¬тривает различные формы найма. Не-сколько статей имели целью защитить собствен¬ность так называемых мушкену (неполно-правных свободных) и определить их место в обществе. Статьи, касающиеся заёмных сделок, свидетельствуют о значительном развитии ростовщичества. Как и в прочих древ-невосточных законах, большое место занимают статьи, связанные о решением различных вопросов семейного права.

Законы Билаламы, правителя Эшнунны, в общем, по своим установкам не слишком отличаются от дошедших до нас я рассмотренных выше правовых памятников Двуречья. Здесь, как и в Исине и Ларсе, кража или укрывательство раба карались не казнью, а лить штрафом, взимаемым с виновного. При таких условиях крупные рабовладель¬цы вполне могли рисковать, похищая рабов у мелких рабовладельцев. В законодатель¬стве Эшнунны начало сглаживаться различие между полноправными гражданами (предположительно аморейскими завоевателями) и мушкену («подчинёнными», «покор¬ными»; как мы увидим, есть различные объяснения этого термина). Телесные повреж¬дения и по отношению к полноправным гражданам карались в Эшнунне одним лишь денежным штрафом. Правда, на юге ив Исине, и в Ларсе термин «подчинён¬ный» постепенно исчез, а в Эшнунне, хотя он и сохранился, но почти потерял своё первоначальное значение. Сближение в правовом положении между завоевателями и «подчиненными» (мушкену) было, конечно, обусловлено давностью завоевания Эш¬нунны и происходившим слиянием вторгнувшихся амореев с местным аккадским насе¬лением.
Государство Эшнунна, подобно своему западному соседу царству Мари, при¬няло участие в той ожесточённой борьбе государств Двуречья между собой, которая в конце концов привела к созданию мощной и обширной, хотя и весьма недолговеч¬ной, державы вавилонского царя Хаммурапи.
Вавилон находился в северной части Двуречья, на реке Евфрате. Название города «Б`абили» (Вавилон) означает «Врата бога». Вавилон, как самостоятельное государство, сравнительно поздно выступил на арену истории, поэтому в списке царских династий, составленном писцами династии Исина, не упоминается ни одна вавилонская династия. Поздневавилонская жреческая легенда упоминает Ва¬вилон, рассказывая о том, что боги наказали Саргона, царя Аккада, за зло, причинён¬ное Вавилону. Сохранилась легенда и о каре, понесённой крупнейшим представите¬лем III династии Ура Шульги за ограбление храма Мардука, бога Вавилона. Уже во времена III династии Ура Вавилон, очевидно, стал играть значительную роль: в документах он упоминается наряду с такими городами, как Умма, Киш, Сиппар.
Около 1895 г. до н. э. вновь вторгшимся аморейским племенам удалось захватить северную часть царства Исин и создать здесь самостоятельное государство, столицей которого и стал город Вавилон. Новое государство в течение примерно столетия не играло большой роли. Но к началу XVIII в. до н. э. Исин, ослабленный отпадением Вавилона, потерял прежнее значение, а Ларса незадолго до этого (в 1834 г. до н. э.) была завоёвана эламитами. На севере наступил период временного усиления Асси¬рии, поставившей в зависимость от себя некоторые области Аккада, в частности об¬ласти городов Мари и Эшнунны.
Эти обстоятельства и были использованы вавилонским царём Хаммурапи (1792 1750). Чтобы развязать себе руки в борьбе за господство в Двуречье, Хаммурапи, как кажется, временно признал свою зависимость от ассирийского царя Шамшиадада I.
Уже в 7-м году своего царствования Хаммурапи завоевал Урук и Исин, исполь¬зовав при этом помощь Римсина, представителя эламской династии в Ларсе, с царями которой поддерживались в то время дружественные отношения. Соорудив в 9-м году имевший большое хозяйственное значение канал, получивший название «Хаммурапи изобилие», он пытался примирить население завоёванных областей со своей властью. Достигнув первых значительных успехов, Хаммурапи стал опасаться вмешательства со стороны ассирийского царя Шамшиадада I и его союзников степных племён. Он стал принимать меры к укреплению своих северных границ и начал завоевание пограничных областей.
После смерти Шамшиадада Хаммурапи содействовал изгнанию его сына из Мари. С помощью Хаммурапи снопа на престол своих отцов сел представитель старого царского дома Мари Зимрилим. Наступил новый расцвет государства Мари, которое успешно отражало набеги степных племён и вторжения войск царства Эшнунны. Торговые связи Мари доходили до далёкого Крита. Хаммурапи, помогавший Зимрилиму завоевать престол, стал его союзником. Они называли друг друга «братьями». Зимрилим имел своих постоянных представителей при дворе вавилонского царя, но последний в письмах часто обращался непосредственно и к самому Зимрилиму и к его сановникам. В своей внешней политике оба царя обычно выступали согласованно.
Положение Хаммурапи, завоевавшего на юге Псин и Урук, опиравшегося на севере на союз с Мари, было чрезвычайно выгодным. Уже тогда (около 1516-го года своего царствования) он был одним из самых могущественных правителей Двуречья.
Но вскоре отношения между правителем Ларсы Римсином и Хаммурапи обостри¬лись, и это временно поставило вавилонского царя в трудное положение.
В результате отпадения южных областей и отторжения северной пограничной полосы для Хаммурапи создалась тяжёлая политическая обстановка. Накопив силы для ре-шающего удара, он в 30-м году своего царствования начал победоносное наступ¬ление на своих врагов. Хаммурапи победил своих северных врагов во главе с Эшнунной и разбил войско Элама, пытавшегося прийти им на помощь. В следующем, 31-м году своего правления (1762 г. до н.э.)он обрушился на своего основного противника Римсина, захватив его столицу Ларсу; возможно, что Римсин при этом бежал в Элам.
Усиление могущества вавилонского паря вызвало сильную тревогу за участь соб-ственного царства у его союзника Зимрилима, и он во время войны уклонился от оказа-ния помощи Хаммурапи. После победы над Эшнунной Хаммурапи вторгся в царство Зимрилима. В 33-м году своего правления он подчинил себе царство Мари и союзные с ним области. Зимрилим не пожелал примириться с подчинённым поло¬жением, но тогда его постигла ещё более жестокая кара. В 35-м году своего цар¬ствования Хаммурапи разгромил Мари, разрушил пышный дворец Зимрилима и стены города. В последующие годы вавилонский царь подчинил себе область вдоль течения Тигра, включая Ашшур.
Объединив основную и важнейшую часть долины Тигра и Евфрата, Хаммурапи
стал хозяином торговых путей на восток, север и запад, Он подчинил своему влиянию
на востоке значительные области Элама. В документах того времени неоднократно упо-минаются эламские военнопленные. Все области Малой Азии и Сирии, которые нахо-дились в торговых сношениях с царством Мари, были теперь включены в орбиту вави-лонской торговли.
В этот период усилилось воздействие вавилонской культуры на сирийские города, на хеттский племенной союз, на финикийское государство Угарит. На западе воздей¬ствие вавилонской культуры этого периода сказывается в Палестине. Возможно, что Вавилония при Хаммурапи или при его ближайших преемниках вступила в отно¬шения с ещё более далёкой страной с Египтом.

Общественно-экономические отношения в Вавилонии в XVIII в. до н. э.

В начале II тысячелетия до н. э. в Двуречье продолжали со¬вершенствоваться орудия производства, обогащался трудовой опыт людей, улучшались навыки труда. Развивалась и совершенствовалась иррига¬ционная сеть. Пожалуй, ещё более, нежели в Египте, необ-ходимость сложного вычис¬ления периодов половодья Евфрата и Тигра создавала предпо-сылки для развития вавилонской астрономии. Ирригационные работы требовали и углуб-ления некоторых математических знаний, например, в области исчисления объёма земле-копных работ и количества рабочей силы. Техника использования ирригационной сети достигла в это время уже большого совершенства: для орошения высоких полей, до кото-рых не доходила вода в период подъёма реки, были теперь созданы более усовершенство-ванные водоподъёмные сооружения. Усовершенствовалась также и земледельческая тех-ника в собственном смысле этого слова. Надо полагать, что около этого времени полу¬чил распространение плуг с воронкой, в которую засыпалось зерно для посева, хотя есть данные о том, что он был известен уже при III династии Ура. Лошадь, хотя и не получила ещё широкого применения, но была уже известна в числе домашних животных.
В отношении применения металла Двуречье являлось наиболее передовой стра¬ной того времени. Здесь уже в начале II тысячелетия до н. а. прочно установился брон¬зовый век. Время от времени появляется даже железо. Всё более широкое примене¬ние металла усиливало действенность орудий труда в сельском хозяйстве, ко¬торое продолжало играть первенствую¬щую роль в экономике страны.
Наряду с сельскохозяйственной техникой продолжали развиваться и орудия различ-ных ремёсел, совершен¬ствовались и приёмы ремесленников. В законах Хаммурапи пере-числяются представители десяти различных отрас¬лей ремесла, среди которых были на-званы кирпичники, ткачи, кузнецы, плот¬ники, судостроители, домостроители и другие, но этим далеко не исчерпывает¬ся список известных тогда многочисленных ремёсел. Создавались предпосылки для развития знаний в области химии. До нас дошли небольшие фрагменты вавилонского труда по химии, в которых даны, например, указания, как изготовлять поддельные драгоценные камни, имитацию меди, серебра и т. д.
Развивались в этот период торговля и обмен. Правда, и теперь ещё торговцы там-кары продолжали юридически оставаться на положении торговых агентов царя, но их значение к началу II тысячелетия до н. э. возросло, они имели теперь своих помощников, которые вели розничную торговлю и сопровождали караваны. Про¬должало развиваться денежное хозяйство. Теперь мерилом цен стало только серебро, и на основании дошедших до нас документов можно установить соотношение цен на рынках Вавилонии в начале II тысячелетия до н. э. Не только ремесленники, но и сельскохозяйственные работники, нанимавшиеся на длительный срок, получали свою заработную плату сереб-ром. Впрочем, некоторые категории сельскохозяйствен¬ных работников, как, например, пахари и пастухи, по-прежнему получали плату зер¬ном или вообще натурой. О большом количестве серебра в торговом обороте свиде¬тельствует сравнительно невысокий про-цент за ссуду 20%. Хотя законами Хам¬мурапи были установлены и по отношению к ссудам зерном те же 20%, но это поста¬новление закона по отношению к ссудам такого рода не выполнялось: если за ссуду серебром взимались законные 20%, то за ссуду зерном взималось на практике 331/3%. Столь высокий процент для зерновой ссуды обусловлен резким колебанием цен на зерно в различные периоды сельскохозяйственного года.
Значение ссуд и процентов в хозяйственной жизни Вави¬лонии нашло своё отражение не только в деловых докумен¬тах начала II тысячелетия дон. э., но и в школьной литера-туре, восходящей к тому времени; В серии табличек с характерным заголовком Харра-хубуллу, т. е. «процентный заём», для учебных целей были собраны шумерские правовые термины, в частности, касавшиеся ссуды и займа, с их аккадским пере¬водом, как, например, «долговое обязательство», «процентный заём», «беспроцентный заём», «дар» и т. д. Об исчислении долговых процентов трактовали специальные задачи в дошедшей до нас математической литературе.
В частноправовых документах того времени мы находим многочисленные сви-детельства ростовщических сделок. Сохранились документы, восходящие к жрицам-затворницам местного храма бога Солнца Шамаша в городе Сиппаре. Эти дохри-стианские «монахини» через своих родственников отцов и братьев производили скупку земель, сдавали в аренду свою землю, давали деньги 8 рост, покупали рабов и т. д. В древнем городе Кише были ростовщики, дававшие взаймы серебром в зерном под залог полей и созревавшей жатвы, скупавшие дома, закрома, сады, по¬ля и т. д.
Но самые видные представители ростовщического капитала нам известны в городах Уруке и Ларсе, на юге Шумера. В Уруке была найдена часть архива двух братьев-ростовщиков, скупивших в течение каких-нибудь 20 лет буквально за гроши более 40 до-мов и участков. В документах, найденных при раскопках в Ларсе, мы видим новый тип работорговца, отличавшегося от работорговцев предшествовав¬ших периодов тем, что он не на чужбине, а у себя, в своём родном городе, скупал рабов своих же собственных сограждан. Два работорговца, о которых упоминают документы, путём ростовщических операций превращали своих сограждан в рабов-должников и передавали их в наём на работу тем, кому требовалась рабочая сила, преимущественно богатым ремесленникам, имевшим собственные мастерские.
Эти документы вместе с тем устанавливают факт безраздельного господства рабо-владельческой знати в Ларсе во время правления Римсина. Так, вышеупомянутые ра-боторговцы, сдавая в наём своих рабов-должников, оговаривали своё право на полное возмещение стоимости раба не только в случае бегства его в неизвестном направле¬нии, но и в случае бегства его в хозяйство царя, храма или знатного человека. Оче¬видно, в то время крупные рабовладельцы располагали такой силой, что могли без¬наказанно принимать в своё хозяйство беглых рабов.
В это время катастрофически учащается продажа родителями детей. Создалась даже пословица: «Сильный человек живёт руками своими, а сла¬бый ценой своих детей».
Развитие обмена, денежного хозяйства и ростовщичества должно было усилить процесс расслоения сельских общин. Об этом свидетельствуют жалобы представителей общин. Об этом свидетельствуют жалобы представителей общин на своих старейшин; во главе общин наряду с советом из знат¬нейших общинников теперь стояло уже не выборное должностное лицо, а царский чиновник, который, разумеется, нисколько не защищал рядовых членов общины от посягательств со стороны сильных мира сего.
В пределах самих общин отдельные зажиточные общинники становились все более са-мостоятельными. Каких-либо прав контроля общины над имуществом отдель¬ных его чле-нов, очевидно, уже не существовало, поскольку земли могли сдаваться в аренду, переда-ваться в наследство и продаваться без каких-либо видимых ограниче¬ний со стороны общины. В дошедших до нас источниках нет указаний на существова¬ние общинного выпаса скота.
Конечно, нельзя говорить о полном разрушении сельской общины к этому вре¬мени, но, несомненно, все вышеприведённые данные указывают на далеко зашедший процесс разложения общинного строя. Этот строй не мог оказать представителям сельских общин действенной помощи против угнетения со стороны крупных рабовла¬дельцев.
Уровень жизни вавилонян ещё мало отличался от уровня жизни в шумерский период. Правда, более зажиточные дома строились иногда в два этажа, с деревянной галереей на столбах вокруг внутреннего дворика; но большинство жилищ и теперь пред¬ставляли совсем ма-ленькие сооружения из сырцового кирпича, с плоскими крышами, с глухими стенами (комнаты освещались только сквозь дверные проёмы со двора); в богатых домах ещё в III тысячелетии стали появляться кровати, табуреты, столики, но даже в семье мелкого рабовладельца нередко была только одна кровать; не только рабы, но и младшие члены семейства спали на цыновках или на полу. Деревянная дверь считалась ценным движимым имуществом и вывозилась при продаже дома.
Богатство заключалось в металлической посуде, в запасах ячменя и пшеницы; редкие богачи запасали серебряные слитки. Большинство населения жило в крайней нищете, го-лод был постоянным гостем в семье вавилонянина; семьи были малочис¬ленны, так как болезни и недоедание косили детей. Условия труда немногим улуч¬шились с шумерского времени; правда, как кажется, стало больше различных водоподъёмных сооружений, но и это были, по-видимому, примитивные устройства, требовавшие каторжного по своей тя-жести труда.
К сожалению, историк не располагает пока какими-либо источниками, ко¬торые свиде-тельствовали бы о сопротивлении народных масс порабощению их круп¬ными рабовла-дельцами. Однако косвенным доказательством наличия подобного сопро¬тивления со сто-роны народа можно считать попытки несколько ограничить ростов¬щичество и приоста-новить процесс закабаления свободных, что и отразилось в законо¬дательстве Хаммурапи. Вавилонские цари вынуждены были пытаться несколько сдер¬живать развитие ростовщи-чества и долгового рабства, так как дальнейшее его развитие вело к уменьшению числен-ности населения, облагаемого налогом и к уменьшению численности ополчения, которое состояло из свободных земледельцев. В конечном итоге развитие долгового рабства не-избежно ослабляло власть самих вавилонских царей, а также могущество рабовладельче-ского государства в целом.
Естественно, что для Вавилонского государства стало неприемлемым древнее право Шумера, восходящее ещё к законодательной деятельности царей III династии Ура. Необ-ходи¬мость создания нового свода законов для своего государства сознавал уже второй царь I вавилонской династии Сумулаилу, о законах которого упоминают документы его преемников.
Царь Хаммурапи своим законодательством попытался оформить и закрепить общественный строй государства, господствующей силой в котором должны были явиться мелкие и средние рабовладельцы. Какое большое значение придавал Хаммурапи своей законодательной деятельности, видно уже из того, что он приступил к ней в самом начале своего правления; 2-й год его царствования назван годом, когда «он установил право стране». Правда, этот ранний сборник законов не дошёл до нас; известные науке законы Хаммурапи относятся уже к концу его царствования.
Эти законы были увековечены на большом чёрном базальтовом столбе. Наверху лице-вой стороны столба изображён царь, стоящий перед богом Солнца Шамашем покровителем суда. Под рельефом начертан текст законов, заполняющий обе сто¬роны столба. Текст распадается на три части. Первой частью является обширное введение, в ко-тором Хаммурапи объявляет, что боги передали ему царство для того, «чтобы сильный не притеснял слабого». Затем следует перечисление благодеяний, которые были оказаны Хаммурапи городам своего государства. Среди них упоми¬наются города крайнего юга во главе с Ларсой, а также города по среднему течению Евфрата и Тигра Мари, Ашшур, Ниневия и др. Следовательно, базальтовый столб с законами Хаммурапи был воздвигнут им уже после победы над Римсином и подчине¬ния государств, расположенных по средне-му течению Евфрата и Тигра, т. е. в начале 30-х годов его правления. Надо полагать, что копии законов были изготовлены для всех крупных городов его царства. После введения следуют статьи законов, которые в свою очередь заканчиваются обстоятельным заключе-нием.
Памятник сохранился, в общем, хорошо. Лишь статьи последних столбцов лицевой стороны были стёрты. Очевидно, это было сделано по повелению эламского царя, пере-вёзшего после своего вторжения в Двуречье этот памятник из Вавилонии в Сузы, где он и был найден. На основании сохранившихся следов можно установить, что на вы-скобленном месте было начертано 35 статей, а всего в памятнике насчитывается 282 статьи. На основании различных копий, найденных в раскопанных древних библиотеках Ниневии, Ниппура, Вавилона и др., можно восстановить большую часть уничтоженных эламским завоевателем статей.
Законы Хаммурапи охватывают многочисленные правовые вопросы современного ему вавилонского общества. Первые 5 статей (нумерация статей установлена совре-менными учёными) посвящены вопросам судопроизводства. Статьи 613 определяют наказание за кражу и указывают способы установления кражи. Статьи 1420 направ-лены против кражи детей и рабов и против укрывательства беглых рабов. Здесь же устанавливается размер награды за поимку беглого раба. В статьях 2125 рассмат-риваются разнообразные случаи грабежа. Статьи 2641 регулируют обязанности и права воинов, причём особенно детально разбираются вопросы их землевладения. Статьи 4247 определяют права и обязанности лип, арендующих землю. Следующие пять статей (4852) устанавливают пределы права ростовщика на урожай заложен¬ного ему поля. Статьи 5356 налагают кару за небрежное использование иррига¬ционной сети. Статьи 5758 защищают владельцев полей от ущерба, наносимого ста¬дами. Статьи 5966 решают различные вопросы, связанные с владением садами, в том числе и вопрос о праве ростовщика на урожай сала его должника. Следующие статьи, содержавшиеся в разрушенных столбцах надписи, были посвящены отчасти вопросам владения домами и строительными участками, отчасти различным видам ростовщичества. К ним примыкают статьи 100107, говорящие о купцах тамкарах и их помощниках. Корчмы, являвшиеся вместе с тем и вертепами, рассматри¬ваются в статьях 108111. Праву хранения и долговому праву, связанному с обеспе¬чением займа личностью членов семьи должника, посвящены статьи 112126. Очень большое место (статьи 127195) занимает семейное право. Отдел, содержащий статьи 196225, устанавливает размер кары за телесные повреждения. Статьи 226 и 227 обе¬регают рабовладельца от умышленного уничтожения клейма на принадлежавшем ему рабе. Вопросы, связанные с работой архитекторов и судостроителей, рассмат¬ривают статьи 228235. Разнообразные виды найма обстоятельно разобраны в статьях 236277. Заключительные статьи содержат постановления о рабах.
Законодательство Хаммурапи, как и законодательство Псина, Ларсы и Эшнунны, не содержит указаний на вмешательство богов. Исключение составляют лишь статьи 2 и 132, допускающие по отношению к человеку, обвинённому в колдовстве, или к замужней женщине, обвинённой в прелюбодеянии, применение так называемого «божьего суда». К далёкому прошлому восходят постановления о каре за телесные по¬вреждения согласно принципу «око за око, зуб за зуб». Законодательство царя Хамму¬рапи расширило приме-нение этого принципа и по отношению к врачу за повреждение при неудачной операции и к строителю за неудачную постройку; если, например, обрушившийся дом убивал хо-зяина, то умерщвлялся строитель, а если в этом случае погибал сын хозяина, то умерщв-лялся сын строителя.
Законы царя Хаммурапи надлежит признать одним из самых значительных памят-ников правовой мысли древневосточного общества. Это первый известный нам во все-мирной истории подробный сборник законов, освящавший рабовладельческий строй, ча-стную собственность, эксплуатацию человека человеком.
Изучение законов Хаммурапи в связи с сохранившимися царскими и частными' письмами, а также частноправовыми документами того времени даёт возможность опре-делить общественный строй Вавилонии, а вместе с тем и направление мероприя¬тий цар-ской власти, отражённых в этом законодательстве. В законах Хаммурапи отчётливо про-ступает классовый характер законодательства Вавилонского царства. Государство уста-новлением суровых наказаний защищало рабовладельцев от «строп¬тивого» раба. За те-лесное повреждение, причиненное чужому рабу, требовалось, как и по отношению к ско-ту, возмещение убытка его собственнику. Виновный в убийстве раба давал взамен его собственнику другого раба. Рабы, подобно скоту, могли про¬даваться без каких-либо ог-раничений. Семейное положение раба при этом не учиты¬валось. При продаже раба закон заботился лишь о том, чтобы охранить покупателя от обмана со стороны продавца. Зако-нодательство защищало рабовладельцев от кражи рабов и от укрывательства беглых рабов. Смертная казнь грозила не только украв¬шему, но и укрывателю раба. Жестокая кара угрожала также за уничтожение знака рабства на рабе. В отдельной рабовладельческой семье обычно имелось от 2 до 5 рабов, но засвидетельствованы случаи, когда число рабов достигало нескольких десятков. Частноправовые документы говорят о самых различных сделках, связанных с рабами: купле, дарении, мене, найме и передаче по завещанию. Рабы пополнялись при Хаммурапи из числа «преступников», из числа военнопленных, а также купленных в соседних областях. Средняя цена раба состав-ляла 150250 г серебра.
Наряду с классами рабовладельцев и рабов законы Хаммурапи знали деление сво-бодного населения на полноправных и неполноправных. Представители полноправного слоя на¬зывались «сыновьями мужа» или просто «мужами». Им противопоставлялись так называемые мушкену, «покорные». Неравноправие последних находило свое выражение, в частности, в определении кары за телесное повреждение, нанесённое им. Если членовредительство, нанесённое «мужу», каралось соответствующим членовредительством виновного, то за членовредительство по отно¬шению к мушкёну виновный платил лишь денежный штраф. За украденную вещь у мушкёну вор платил 10-кратный штраф, а за украденную вещь, нахо¬дившуюся в собственности царя или храма, 30-кратный штраф. Исключением являлась лишь кража раба. Законодательство защищало в равной мере всех рабовла¬дельцев, и кража раба у любого рабовладельца угрожала преступнику смертной казнью. Под «мушкену», возможно, следует понимать жителей тех городов и областей, которые были покорены царём Хаммурапи в результате его удачных войн. Им было оставлено их имущество, они становились свободными подданными царя, но по сравнению с населением основного ядра государства они занимали низшее положе-ние.
Полноправные граждане в свою очередь делились на экономически сильных и эконо-мически слабых, обедневших «мужей». Законы царя Хаммурапи в ряде своих статей пытались облегчить положение беднейших слоев свободного населения, попав¬ших в долговую кабалу. Как уже говорилось, у царской власти для этого были веские основания: она заботилась, чтобы войско, состоявшее из свободных, сохраняло свою мощь. Согласно статье 113 должник объявлялся правомочным владельцем всего своего имущества, без его разрешения и разрешения суда заимодатель не имел права отчуждать это имущество. «Муж» не мог стать рабом-должником. Законы не называли члена семьи должника, отрабатывавшего долг в хозяйстве заимодателя, «рабом», а лишь «заложни-ком». Таким заложникам посвящена важная статья 116. Она обере¬гала жизнь домочадцев должника, помогавших выплатить сумму займа своей рабо¬той в доме ростовщика, защищала их от побоев и истязаний. В случае смерти долж¬ника в результате плохого с ним обращения ростовщик отвечал жизнью одного из чле¬нов своей семьи.
Другой, не менее важный закон содержит статья 117, которая ограничивала срок ра-боты заложника в доме ростовщика тремя годами. Тем самым член семьи должника, отрабатывавший долг в хозяйстве ростовщика, считался погасившим долг и свобод¬ным после трёх лет работы, независимо от суммы долга. Таким образом, законы царя Хаммурапи пытались как-то ограничить произвол кредиторов над попавшими в дол-говую кабалу. Из содержания вышеупомянутых статей 116 и 117 следует, что главы семей в Вавилонии, по-видимому, не могли отдавать самих себя в долговую кабалу.
Законы Хаммурапи защищали также землевладельца-должника от излюбленной рос-товщиками операции погашения долга путём передачи за долг всего ожидающегося уро-жая. Даже в том случае, если на эту операцию имелось «согласие» должника, закон расторгал подобную сделку, и купец-ростовщик получал с урожая лишь то, что по-крывало долг и процент, а весь прочий урожай, зерно или плоды, получал землевла¬делец. Если наводнение или засуха уничтожали урожай должника, то он не был обя¬зан возвращать в данном году заимодателю долг и проценты.
Мероприятия Хаммурапи по отношению к свободным беднякам, живущим подён-щиной, также преследовали цель некоторого облегчения участи последних. Согласно законам царя подёнщик должен был получать наёмную плату на 3040% большую, нежели в предшествующее время. Правда, на практике, как это видно из дошед¬ших документов, этот закон не выполнялся.
Много статей законодательства Хаммурапи посвящено правам и обязанностям воинов, которые были основной опорой государственной власти. Государство было заинтересова-но в том, чтобы сохранить наделы и скот, предоставленные воинам, от посягательств со стороны ростовщиков. Поэтому закон устанавливал, что купивший земельный надел или скот воина терял свои деньги, а воин сохранял и то и другое. Только приобретенные вои-ном путём покупки поле, сад или дом можно было отобрать за долги. Взрослый сын воина являлся законным наследником его надела. Если после смерти воина оставался малолетний сын, то вдова получала одну треть надела, чтобы иметь возможность вырас-тить будущего воина. Закон заботился о воинах, попавших в плен, указывая способы их выкупа и обеспечивая за ними право на земельный надел.
Воины, обеспеченные своим земельным наделом, были обязаны за это по приказу царя выступать во всякое время в поход. За отказ выступить или же за замену себя наёмником воин предавался смерти, а человек, заместивший его, получал его надел.
В сборнике законов Хаммурапи имеется ряд статей, регулирующих аренду земли или сада, игравшую, судя по многочисленным частноправовым документам, большую роль в земельных отношениях того времени. Плата за арендованное поле равнялась обычно од-ной трети урожая, что при плодородии долины Двуречья было не слишком высокой пла-той. При аренде на условиях отдачи половины урожая, сдававший в аренду обязывался участвовать в расходах или в работе по обработке поля. Сад, который давал больше дохо-да, сдавался за две трети урожая. Арендной платой ограничивались все обязательства арендатора по отношению к собственнику поля. Аренда была краткосрочной, не более чем на один или два года. На более долгий срок сдавалась в аренду ещё не освоенная земля. В этом случае земля сдава¬лась на 3 года с условием внесения арендной платы лишь в третий год, а поле, пре¬доставленное для насаждения сада, сдавалось на 5 лет, и лишь на пятый год аренда¬тор отдавал собственнику земли половину урожая.
Надлежит ещё раз отметить, что, судя по дошедшим до нас контрактам и другим доку-ментам, не все мероприятия Хаммурапи, направленные на облегчение положения экономически слабых свободных, проводились в жизнь. Поэтому даже во время его правления попытка укрепить экономическое положение рядовых свободных не имела большого успеха. Противоречие между бедными в богатыми продолжало суще¬ствовать и развиваться наряду с противоречием между рабами и рабовладельцами.
Царь управлял храмовым хозяйством и черпал из него средства с такой же свободой, как и из доходов царского хозяй¬ства. В царском и храмовом хозяйствах имелись, как и в прошлом, многочисленные рабы. Это были потомки царских и храмовых рабов времён прежних династий, а также военнопленные добыча по¬бедоносных войн отца Хаммура-пи, его самого, а позднее и его ближайших преемни¬ков. Государственных рабов, как кажется, держали в особых казармах, носивших название «дом узника». Эти рабы выполняли часть общественных работ, и из них, а также из лиц, потерявших свои земельные наделы, рекрутировались так называемые «носильщики тростника». Последние перебрасывались с места на место для выполнения работ. Однако собственного крупного полевого хозяйства цари теперь не вели, а царская земля раздавалась в пользование группам издольщиков (ишшаку). Об¬щинники, владевшие землей, привлекались к тем общественным работам, которые про¬изводились в непосредственной близости от их земельных участков. Мелкие земле¬владельцы были вынуждены работать сами, а крупные заставляли работать за себя своих рабов или батраков.
Значение царского хозяйства было велико и в области торговли и обмена, разви-вавшихся в пределах обширной территории, объединённой в одно государство завоева-ниями Хаммурапи. Денежные отношения продолжали развиваться, а тем самым укреп-лялись частновладельческие отношения.
Частное владение землёй также продолжало развиваться и по существу уже мало отличалось от частной собственности. Способствовало росту частного землевладения и дальнейшее расширение царём Хаммурапи сети каналов. Его деятельность в этом на-правлении стала особенно интенсивной после победы над Римсином. Прорывая но¬вые каналы, царь стремился восстановить земледелие на юге, сильно пострадавшее от ожесточённых войн предшествующих лет. Углубление и расширение ирригацион¬ной сети создавало условия, в силу которых увеличивалась пригодная для земледелия территория. Хаммурапи стремился к расширению садовых плантаций очевидно, плантаций финиковых пальм, создававших одну из основ благосостояния страны. Закон допускал расширение садовой земли даже за счёт пахотной.
Законы Хаммурапи и соответствующие частноправовые до¬кументы отражают картину патриархального семейного пра¬ва. Женщина становилась законной женой при условии заключения женихом письменного договора, обычно с отцом невесты, и уплаты выкупа. Патриархальная власть главы семьи на личность домочадцев простиралась вплоть до права отдавать их в качестве заложников за долги. Жена, за неверность мужу, подвергалась жестокой каре. В случае бесплодия жены мужу предоставлялась воз-можность брать себе побочную жену.
Замужняя женщина, однако, не была бесправна. Она имела своё личное имуще¬ство, сохраняла право на своё приданое, могла получить право не отвечать за добрач¬ные долги мужа. В случае вины со стороны мужа жена имела право на развод, а муж, отвергавший жену без вины с её стороны, терпел имущественные убытки. По отношению к сыновьям власть отца также была несколько ограничена. Так, отец не имел права лишить наследства сына, не совершившего преступления; сын имел право обратиться в таком случае в суд.
Под влиянием тех правовых норм, которые были установлены на шумерском юге начиная со времени Урукагины, и в законах Хаммурапи появились попытки учёта злой воли при определении наказаний за преступление.
Законы Хаммурапи и его письма, а также частные письма того времени, различные частноправовые и хозяйственно-отчётные документы показывают нам в действии те три «ведомства» восточной деспотии, о которых говорил Маркс: ведомство общественных работ (строительство, работы над ирригационной системой), ведомство ограбления собственных подданных (подати, налоги), ведомство грабежа соседей (война). О мощи деспотической власти вавилонского царя свидетельствует один из любопытнейших памятников вавилонской письменности «Разговор господина с рабом», в кото¬ром представитель рабовладельческой знати беседует со своим рабом о смысле жизни. Среди различных вопросов, затронутых в «Разговоре», поставлен и вопрос о возмож¬ности восстания против царя. Раб, отвечая на этот вопрос, указывает на мощь цар¬ской власти, способной сломить любое сопротивление.
Действительно, мощь Вавилонского рабовладельческого государства во времена Хаммурапи была велика; оно держало в повиновении массы рабов и низы свободного люда, расширяло владения, унаследованные от предшествующих времён.

Распад Старо-Вавилонского царства. Касситское царство

Последние годы царствования Хаммурапи были заполнены большими строитель¬ными работами над возведением укреплений на северных и северо-восточных грани¬цах Вавилонии. В это время сын Хаммурапи Самсуилуна стал его соправителем. Сам¬суилуна издал для южных областей Шумера, сильно пострадавших от долгой а ожесточённой войны, указ об облегчении податного бремени.
Хаммурапи умер на 43-м году своего правления (1750 г. до н. э.). Победоносные вой-ны Хаммурапи дали его сыну Самсуилуне несколько лет мирного правления. Он исполь-зовал этот период для расширения ирригационной сети и строительной деятель¬ности. Но уже на 9-м году правления Самсуилуны кончился краткий период мира. Самсуилуне пришлось отражать нападения воинственных горных племён касситов, которые насе-ляли область к северо-востоку от Двуречья. Они объедини¬лись в племенной союз, веро-ятно, около 1795 г. до н. э., а в 1741 г. предпри¬няли первый поход против Вавилонского государства: Их натиск имел лишь частичный успех; Самсуилуне, опиравшемуся на ук-репления; воздвигнутые Хамму¬рапи на северо-восточной границе Вавилонии, удалось отстоять основную террито¬рию государства. Касситы укрепились в предгорьях к северо-востоку от Вавило¬нии. Уже в следующем году Самсуилуна должен был сражаться с не менее опасным врагом коалицией Элама и городов Эшнунна, Исин, Урук и др.
К концу царствования Самсуилуны во главе движения южных городов стояли прави-тели «Страны моря», т. е. той береговой полосы у Персидского залива, в болотах которой скрывались изгнанные из городов Шумера враги Хаммурапи и Самсуилуны. Среди этих правителей был некто Илумаилу, объявивший себя потомком последнего царя династии города Исина. Поздневавилонская хроника свидетельствует о пораже¬нии Самсуилуны в борьбе с Илумаилу. Самсуилуне пришлось отступить на север.
Илумаилу, закрепившийся на юге, вероятно, при поддержке Элама, про¬должал после смерти Самсуилуны войну с его сыном. Согласно более поздней вави¬лонской хронике, успех продолжал сопутствовать Илумаилу.
Постоянные войны, заполнявшие царствование Хаммурапи и Самсуилуны, требовали громадного напряжения сил, всё новые тяготы налагались на свободное население. Из года в год призывались не только профессиональные воины, но и ополчение из земле-дельцев и ремесленников, о чём свидетельствуют письма из архива города Мари. В свою очередь тяжёлые войны, так же как и внутренние процессы, происходившие в стране, рост частного землевладения, усиление торговли и ростовщичества, постоянно царивший произвол служилой знати всё это вело к разорению зем¬левладельцев и ремесленников. Тем самым Вавилонское государство теряло свою мощь. Войско, рекрутировавшееся из свободных людей, владевших землёй, катастро¬фически уменьшалось. Цари «Страны моря» усиливались по мере того, как Вави¬лонское государство слабело. При последних представителях династии Хаммурапи враги вторгались в центральные области страны, угрожая сбору урожая на полях перед стенами самого Вавилона. Когда на горизонте Вавилонии появился новый враг, ослабленное государство уже не могло дать ему отпор.
Врагом этим были хетты, пришедшие около 1600 г. до н. э. из далёкой Малой Азии; об этом походе говорится в хеттских и вавилонских источниках. В упомянутой более позд-ней вавилонской хронике повествуется о том, что люди хеттской страны пришли в стра-ну Аккад и покончили с царством Вавилона, а хеттские анналы сообщают о по¬ходе на Вавилон царя Мурсили, который забрал там золото, серебро и привёл плен¬ных к себе в хеттскую страну.
Удар, нанесённый вторжением войска хеттского царя Мурсили, настолько ослабил Вавилон, что он уже не мог противостоять новому нашествию, с юга. После ухода хеттов цари «Страны моря», по-видимому, завоевали Вавилон и создали так называемую II вавилонскую династию. Около 1518 г. до н. э. Вавилоном завладели касситы, изгнав ца-рей династии «Страны моря».
Касситы, господствовавшие в Вавилонии до 1204 г. до н. э., были воинственными племенами, обитавшими в горной области к северу от Элама. Очевидно, этот народ вел полукоче¬вой образ жизни, занимался скотоводством и примитивным земледелием. Следы языка касситов, сохранившиеся в их личных именах и в некоторых записях вавилонских писцов, к сожалению, слишком незначительны, что¬бы надёжно установить родство этого языка с какой-нибудь из известных нам семей языков.
Длительное господство в Вавилонии этого полу¬кочевого народа в значительной степени затормози¬ло дальнейшее экономическое и культурное разви¬тие страны, особенно развитие земледелия и ремес¬ла. Известно, правда, об использовании в это время лошадей при перевозке грузов и в военном деле. В денежном обращении Вавилонии этого периода, несмотря на появление золота, можно отметить даже некоторый регресс. Значительно чаще, чем раньше, имел место натуральный обмен.
Вавилония при касситах оставалась рабовла¬дельческим государством. Сами касситы, по-видимому, превратились в военное сословие. Отдельные районы страны вместе с земледельческим и реме¬сленным населением были распределены между различными знатными касситскими семействами или родами, а в ряде случаев и между некоторыми семействами местной знати. В дальнейшем касситская племенная знать, как можно предположить, слилась с местной рабовладельческой знатью, а по¬следняя была включена в военную организацию кас¬ситов.
Вышеназванные знатные семьи или роды, между которыми была разделена значи-тельная часть терри¬тории Вавилонии, назывались словом биту «дом». Все эти «дома» входили в состав военно-администра¬тивного аппарата Вавилонского государства. Главы их назывались «господами дома» и были одним из важных звеньев административной системы. «Госпо¬дин дома» представлял перед государством терри¬торию, занятую его сородичами, следил за выпол¬нением ими своих обязанностей и защищал их права. Вместе с тем он был правителем того района, который был предоставлен его «дому». Он отвечал за своевременное поступление государственных налогов и получал за себя и за своих сородичей доходы с подвластных «дому» земледельцев и ремеслен¬ников. «Господин дома» доставлял рабочую силу для сооружения и содержания в порядке ирригационной сети, набирал отряды людей для длительных работ, забо¬тился об исправлении дорог, предоставлении пастбищ для скота царя и наместника.
Надписи на камнях кудурру (межевые камни, на которых были начертаны все ос-новные сведения, относящиеся к владению данным земельным участком) дают значительный материал для исследования вопроса о процессе имущественной диффе-ренциации среди самих этих «домов» в касситский и непосредственно следующий за ним периоды. Укрепление экономического, а следовательно, и политического могу¬щества некоторых из этих «домов» способствовало ослаблению власти касситских царей. Последние пытались опереться на жречество, ростовщиков и купцов. Но уси¬ление значения этих слоев привело к росту стремления у отдельных городов, где эти слои пользовались влиянием, к политической автономии. Три наиболее значительных торговых и ремесленных центра страныСиппар, Ниппур и Вавилон преуспели в этом и добились (к концу II тысячелетия) освобождения от общественных работ, цар¬ского суда, денежных взносов в пользу царя и от поставок воинов в ополчение. Это также значительно ослабляло царскую власть.
Вавилония весь этот период поддерживала оживлённые торговые отношения со мно-гими странами. Регулярными становятся торговые связи с Египтом. Поддержа¬нию торго-вых путей в порядке и обеспечению их безопасности касситские цари уде¬ляли большое внимание. Но удельный вес Вавилонии в международной полити¬ческой жизни был не-значителен. Исторические источники свидетельствуют, напри¬мер, о крайне пренебрежи-тельном отношении фараонов Египта к царям Вавилонии. Впрочем, последние, видимо, и сами считали, что они не заслуживают лучшего обращения. Так, один из них, Бурнабуриаш (14041379), убедившись, что египет¬ский фараон не намерен прислать ему в жёны свою дочь, просил прислать хотя бы ка¬кую-нибудь другую женщину, которую он, ради поднятия своего престижа, мог бы выдать за египетскую царевну. Но даже такая просьба не была удовлетворена фараоном. Уже с XV в. до н. э. Вавилонию начинает теснить усиливающаяся Асси¬рия. Ассирийским царям несколько раз удавалось временно овладевать Вавилонией. Неудачные войны с Ассирией также способствовали длительно-му упадку страны.
После свержения господства касситов в Вавилонии воцарилась так называемая IV ва-вилонская династия (III вавилонской династией считается касситская), ви¬димо, мест-ного происхождения.

Возвышение Элама. Вавилония после падения касситской ди-настии

В этот период вновь начинает играть крупную роль Элам. даже при III династии Ура Элам не был в такой степени включен в состав шумеро-аккадского государства, как дру-гие завоёванные У ром области; в различных городах и областях Элама продолжали цар-ствовать местные правители. После разрушения государства III династии Ура, в чём приняли участие и эламиты, Элам вновь приобретает независимость.
Как и в Вавилонии, в Эламе этого времени усиливается рост частных хозяйств и част-ного рабовладения, о чём свидетельствуют правовые документы, в довольно значитель-ном количестве дошедшие до нас.
Для эламского права является характерной жестокость наказаний, не свой¬ственная ва-вилонскому праву, которое в других отношениях оказало сильное воздей¬ствие на право Элама. Процессы развития рабовладельческого общества и разоре¬ния беднейших сво-бодных масс шли в Эламе аналогично тому, как это происходило в Двуречье, о чём сви-детельствует тот факт, что уже в первой половине II тысячелетия до н. э. в Южном Дву-речье имелись сельскохозяйственные наёмные работники эла¬миты. Несмотря на значи-тельное расслоение в сельских общинах, в Эламе ив позднее время вплоть до I тыся-челетия до н. э. имелось сильное войско, состоявшее, вероятно, из ополченцев. Это, возможно, объясняется тем, что в горных областях Элама дольше сохранялись порядки военной демократии и процесс классового расслоения в меньшей мере коснулся местного свободного населения.
Отдельными областями правили цари, или «отцы» (адда), причём власть, хотя насле-довалась в пределах рода, но передавалась не от отца к сыну, а от дяди к племяннику (сыну сестры), т. е. по материнской линии; выражение «сын сестры»
вообще означало «потомок», «член данного рода». Области Элама (возможно, соответ-ствовавшие территориям первоначальных племён) находились под общей гегемонией верховного вождя, носившего титул «великого посланца» (по-шумерски суккалъ- мах). Правители областей находились по большей части в ближайшем родстве с «великим по-сланцем», и по смерти его один из них (быть может, по выбору) занимал его место, дру-гие же, невидимому, менялись при этом своими местами в определённом иерархическом порядке.
Из факта существования подобного государственного устройства можно заклю¬чить, что в Эламе в условиях несомненного господства порядков классового общества, по-видимому, всё ещё существовали значительные пережитки родоплеменных отно¬шений и даже материнского рода (вероятно, главным образом в горных областях; высказывается мнение, что правившая в это время в Эламе династия происходи¬ла именно оттуда). Гос-подство в стране в целом принадлежало крупнейшей родоплеменной по своему происхо-ждению знати, представителями которой были прави¬тели отдельных областей.
Эти правители областей были достаточно самостоятельными; они могли, напри¬мер, вести войны на свой страх и риск. Таким правителем области был, в част¬ности, Кутурма-пук, адда полуаморейской пограничной с Вавилонией области Эмутбал (Ямутпала), кото-рому удалось посадить на престол Ларсы в XIX в. до н. э. своих сыновей (одним из них был упоминавшийся выше Римсин). Элам оказы¬вал временами сильное влияние также на государство Эшнунну; не раз эламские отряды вторгались в Вавилонию.
Возвышение Хаммурапи, которому удалось оттеснить эла¬митов из Эмутбала, значи-тельно ослабило Элам и, возможно, поставило его в зависимость от вавилонского царя. Позднее династия, восстановив¬шая самостоятельность Элама (как полагают, касситского происхождения), и следую¬щие за ней цари возродили силу Эламского государства, охва-тывавшего в то время, как нередко и раньше, и часть будущей Персиды (современного Фарса на юге Ирана). Снова предпринимаются походы эламитов на Вавилонию. Эти по-ходы затем про¬должаются и во второй половине XIII в. до н. э.
Новой эламской династии, видимо, удалось в это время сломить сепаратизм местной знати и укрепить центральную власть. С начала XII в. до н. э. начинается новая серия эламских завоеваний. Эламитам удалось захватить обширную область на реке Дияле, в том числе и город Эшнунну. Через эту область проходили караванные пути из Двуречья на нагорья Ирана. Эламитам удалось временно захватить даже северную часть Вавилонии с городами Сиппаром, Вавилоном и Ниппуром. Эти победы эламитов содействовали па-дению касситской власти в Вавилонии.
Наивысшего развития Эламская держава достигла при царе Шильхакиншуши-наке, который значительно расширил эламские владения, особенно в горах Загра и восточнее их. Ему удалось вторгнуться и в Ассирию, где он занял южно-ассирийский город Экалла-те.
Между тем в Вавилонии с приходом к власти IV вавилонской династии наступил кратковременный подъём. Наиболее значительным из царей этой династии был Хавухо-доносор I (Набукудурриусур, около 11461123). Он не без успеха воевал с Ассирией, ему же удалось в битве на реке Эвлее сломить могущество Элама. Царство Навуходоносора I охватывало помимо, собственно, Двуречья, также значительную часть долины реки Диялы и её притоков и простиралось от подсту¬пов к Ассирии до Персидского залива.
Дарственная грамота Навуходоносора I одному касситскому родовому вождю, коман-довавшему в битве на Эвлее вавилонскими колесницами, является важнейшим источни-ком, дающим представление о Вавилонии этого времени. Из неё мы узнаём, что населе-ние Вавилонии было обложено многочисленными налогами и повинностями.
В их число входили различные натуральные поборы продуктами земледелия и скотом как в пользу царя, так и в пользу областного наместника, а также на содер¬жание отрядов конницы (которая была, невидимому, нововведением касситского времени) во время их постоя, затем дорожная и мостовая повинности. Из других источников мы узнаём также о повинностях по поддержанию оросительной системы. Все эти поборы осуществлялись специальными сборщиками, а также «царскими слугами каналов и суши», подчиненными «глашатаю» главе управления повинно¬стями. Большую власть имели наместники об-ластей.
Царская земля, как и в касситское время, продолжала раздаваться большими участками влиятельным представителям служилой знати, от которой царь факти¬чески полностью зависел. Некоторые из них владели целыми районами, насчитываю¬щими многие поселе-ния Иногда им удавалось выговаривать освобождение своих владений от налогов и по-винностей Это позволяло им более полно эксплуатировать свои владения, не делясь уже прибавочным продуктом с царём и наместником. На земле упоминавшегося выше воена-чальника-кассита, получившего дарственную грамоту от Навуходоносора I, царские должностные лица даже не имели права аресто¬вать преступника; владелец этой террито-рии (расположенной, правда, в данном случае не в самой Вавилонии, а в горах) фактиче-ски превратился в независимого царька. Ещё с касситского времени храмы становятся крупнейшими землевладельцами, по сути дела экономически независимыми от царя.
Известные привилегии имели и крупнейшие рабовладельческие центры города. Ва-вилон и Ниппур обладали, например, военными силами, обособленными от царских, и были наделены правом ареста отдельных лиц (вероятно, лишь своих граждан) даже за пределами территории этих городов.
Рабовладение продолжало развиваться. Мы узнаём о наличии в это время до¬вольно значительного числа рабов в одних руках. Однако господство крупных частных хозяйств, которые сами могли обеспечивать себя всем необходимым, не спо¬собствовало развитию денежного хозяйства. Расплата при купле-продаже, как не¬редко и в касситское время, но в отличие от старо-вавилонского, производилась не серебром, а натурой хлебом, ско-том, рабами, вещами.
После поражения Элама, нанесённого ему Навуходоносором I, а затем после пораже-ния Вавилонии, нанесённого ей ассирийским царем Тиглатпаласаром I в конце XII в. до н. э., обе страны, Элам и Вавилония, испытывают период упадка. В Эламе сохраняется или восстанавливается господство местной знати; отсутствие крепкого централизованно-го государства и крайнюю непрочность царской власти, превратившейся в игрушку бо-рющихся клик знати, мы встречаем и в I тысячелетии до н. э., как характерные черты ис-тории Элама. Что касается Вавилонии, то и здесь мы наблюдаем постепенное падение экономического и политического значения цар¬ской власти, бесконечную борьбу за пре-стол различных незначительных претенден¬тов; в то же время имеет место дальнейший рост самостоятельности и политического значения важнейших рабовладельческих горо-дов.
Около начала I тысячелетия на окраинах Вавилонии поселяются племена хал¬деев, происходивших, по всей вероятности, из Восточной Аравии. Внутреннее поло¬жение Ва-вилонии всё более усложняется. С этого времени Вавилония становится жертвой посто-янных внешних вторжений отчасти со стороны Элама, а главным обра¬зом со стороны Ассирии, что непременно ведет к уничтожению государства.

Назад к содержимому | Назад к главному меню