Историк

Перейти к содержимому

Главное меню

Личность Николая ¶

История России

«Чувство юмора, присущее великому князю Николаю Павловичу, хорошо видно в его рисунках. Друзья и близкие, встреченные типажи, подсмотренные сценки, зарисовки лагерного быта сюжеты его юношеских рисунков. Все они исполнены легко, динамично, быстро, простым карандашом, на небольших листах бумаги, зачастую в манере шаржа. Он имел талант к карикатурам, писал об императоре Поль Лакруа, и самым удачным образом схватывал смешные стороны лиц, которых он хотел поместить в какой-нибудь сатирический рисунок»[3].

«Он был красив, но красота его обдавала холодом; нет лица, которое так беспощадно обличало характер человека, как его лицо. Лоб, быстро бегущий назад, нижняя челюсть, развитая за счет черепа, выражали непреклонную волю и слабую мысль, больше жестокости, нежели чувственности. Но главное глаза, без всякой теплоты, без всякого милосердия, зимние глаза»[85].

Вёл аскетический и здоровый образ жизни; никогда не пропускал воскресных богослужений. Не курил и не любил курящих, не употреблял крепких напитков, много ходил пешком, занимался строевыми упражнениями с оружием. Известно было его строгое следование распорядку дня: рабочий день начинался с 7-ми часов утра, ровно в 9 часов приём докладов. Предпочитал одеваться в простую офицерскую шинель, спал на жёсткой кровати.

Отличался хорошей памятью и большой работоспособностью; рабочий день царя длился 16 18 часов. По словам архиепископа Херсонского Иннокентия (Борисова), «это был <> такой венценосец, для которого царский трон служил не возглавием к покою, а побуждением к непрестанному труду»[86].

Фрейлина А. Ф. Тютчева, пишет, что он «проводил за работой 18 часов в сутки, <> трудился до поздней ночи, вставал на заре, <> ничем не жертвовал ради удовольствия и всем ради долга и принимал на себя больше труда и забот, чем последний поденщик из его подданных. Он чистосердечно и искренне верил, что в состоянии все видеть своими глазами, все слышать своими ушами, все регламентировать по своему разумению, все преобразовывать своею волею. Но каков же был итог подобного увлечения верховного правителя мелочами? В результате, он лишь нагромоздил вокруг своей бесконтрольной власти груду колоссальных злоупотреблений, тем более пагубных, что извне они прикрывались официальной законностью и что ни общественное мнение, ни частная инициатива не имели права на них указывать, ни возможности с ними бороться»[87].

Общеизвестной была любовь царя к законности, справедливости, порядку. Лично бывал на военных строях, смотрах, осматривал фортификационные сооружения, учебные заведения, служебные помещения, государственные учреждения. Замечания и «разносы» всегда сопровождал конкретными советами по исправлению ситуации[88]. Кроме того, Николай I бывал и в расположении войск, ведущих боевые действия: например, при осаде Варны в 1829 году[89].

Младший современник Николая I историк С. М. Соловьев, пишет: «по воцарению Николая, <> военный человек, как палка, как привыкший не рассуждать, но исполнять и способный приучить других к исполнению без рассуждений, считался лучшим, самым способным начальником везде; <> опытность в делах на это не обращалось никакого внимания. Фрунтовики воссели на всех правительственных местах, и с ними воцарилось невежество, произвол, грабительство, всевозможные беспорядки»[90].

Обладал выраженной способностью привлекать к работе талантливых, творчески одарённых людей, «формировать команду». Сотрудниками Николая I были полководец фельдмаршал светлейший князь И. Ф. Паскевич, министр финансов граф Е. Ф. Канкрин, министр государственных имуществ граф П. Д. Киселёв, министр народного просвещения граф С. С. Уваров и др. Талантливый архитектор Константин Тон выполнял при нём функцию государственного архитектора. Однако это не мешало Николаю жёстко штрафовать его за допущенные прегрешения.


Назад к содержимому | Назад к главному меню