Историк

Перейти к содержимому

Главное меню

Верховный главнокомандующий Русской армией

История России

Переоценка великим князем Николаем Николаевичем своих способностей повлекла в итоге ряд крупных военных ошибок, а попытки отвести от себя соответствующие обвинения повлекли раздувание германофобии и шпиономании. Одним из подобных наиболее значимых эпизодов стало завершившееся казнью невиновного дело подполковника Мясоедова, где Николай Николаевич играл первую скрипку наряду с А. И. Гучковым[91]. Командующий фронтом, ввиду разногласия судей, не утвердил приговор, однако судьбу Мясоедова решила резолюция Верховного главнокомандующего великого князя Николая Николаевича: «Всё равно повесить!» Это дело, в котором великий князь играл первую роль, повлекло усиление четко ориентированной подозрительности общества и сыграло свою роль в том числе в майском 1915 года немецком погроме в Москве[91]. Военный историк А. А. Керсновский констатирует, что к лету 1915 года «на Россию надвинулась военная катастрофа», и именно эта угроза стала главной причиной Высочайшего решения об устранении Великого Князя с поста Главковерха[92].

Приехавший 5 мая 1915 года в Ставку Николай II отложил свой отъезд домой[93]:

Мог ли Я уехать отсюда при таких тяжёлых обстоятельствах. Это было бы понято так, что Я избегаю оставаться с Армией в серьёзные моменты. Бедный Н[иколаша], рассказывая Мне всё это, плакал в Моём кабинете и даже спросил Меня, не думаю ли Я заменить его более способным человеком. Я нисколько не был возбужден, Я чувствовал, что он говорит именно то, думает. Он всё принимался Меня благодарить за то, что Я остался здесь, потому что Моё присутствие успокаивало его лично.

Приезжавший в сентябре 1914 года в Ставку генерал М. В. Алексеев также был «поражён царящей там неурядицей, растерянностью и унынием. Оба, и Николай Николаевич и Янушкевич, растерялись от неудач Северо-Западного фронта и не знают, что предпринять»[94]

Неудачи на фронте продолжались: 22 июля была сдана Варшава, Ковно, были взорваны укрепления Бреста, немцы приближались к Западной Двине, была начата эвакуация Риги. В таких условиях Николай II решил отстранить не справлявшегося Великого Князя и сам встать во главе Русской армии. По оценке военного историка А. А. Керсновского, такое решение императора было единственным выходом[92]:

Это было единственным выходом из создавшейся критической обстановки. Каждый час промедления грозил гибелью. Верховный главнокомандующий и его сотрудники не справлялись больше с положением их надлежало срочно заменить. А за отсутствием в России полководца заменить Верховного мог только Государь.

А. А. Керсновский История Русской Армии

23 августа 1915 года Николай II принял на себя звание Верховного главнокомандующего, сменив на этом посту Великого князя Николая Николаевича, который был назначен командующим Кавказским фронтом. Начальником штаба ставки Верховного главнокомандующего был назначен М. В. Алексеев. Вскоре состояние генерала Алексеева кардинально изменилось: генерал приободрился, исчезла его тревога и полная растерянность. Дежурный генерал в Ставке П. К. Кондзеровский даже подумал, что с фронта пришли хорошие вести, заставившие начальника штаба приободриться, однако причина была иной: новый Верховный главнокомандующий принял у Алексеева доклад о положении на фронте и дал ему определённые указания; на фронт была дана телеграмма, что «теперь ни шагу назад». Прорыв Вильно-Молодечно было приказано ликвидировать войсками генерала Эверта. Алексеев был занят приведением в исполнение приказа Государя


Передо мной стоял другой человек. Вместо нервного, растерянного генерала Алексеева находился спокойный, уверенный начальник штаба Верховного, приводящий в исполнение волю Главнокомандующего, Русского Императора.


Между тем решение Николая вызвало неоднозначную реакцию, учитывая, что против этого шага выступали все министры, а безоговорочно поддержала его лишь Александра Фёдоровна[98]. Министр А. В. Кривошеин говорил:

Россия переживала и более тяжелые времена, но никогда не было времени, когда бы все возможное было бы сделано для усложнения уже невозможной ситуации Мы сидим на бочке с порохом. Нужна единственная искра, чтобы все взлетело в воздух Принятие императором командования армией это не искра, а целая свеча, брошенная в пушечный арсенал.

Солдаты русской армии встретили решение Николая о занятии им поста Верховного Главнокомандующего без энтузиазма[99]. В то же время германское командование было удовлетворено уходом князя Николая Николаевича с поста верховного главнокомандующего оно считало его жёстким и умелым противником. Ряд его стратегических идей были оценены Эрихом Людендорфом как в высшей степени смелые и блестящие[98].

Результат этого решения Николая II был колоссален[100](Кн. 1, глава 12)[92]. Во время Свенцянского прорыва 8 сентября 2 октября германские войска были разбиты, и их наступление было остановлено. Стороны перешли к позиционной войне: последовавшие в районе Вильно-Молодечно блестящие русские контратаки и последовавшие за этим события позволили после удачной сентябрьской операции, более не опасаясь вражеского наступления, готовиться к новому этапу войны. По всей России закипела работа по формированию и обучению новых войск. Промышленность усиленными темпами производила боеприпасы и военное снаряжение. Такая работы стала возможной благодаря появившейся уверенности, что наступление врага остановлено. К весне 1917 года были созданы новые армии, обеспеченные снаряжением и боеприпасами лучше, чем когда бы то ни было до этого за всю войну[101].

Осенний призыв 1916 года поставил под ружьё 13 миллионов человек, а потери в войне перевалили за 2 миллиона.

За 1916 год Николай II сменил четырёх председателей совета министров (И. Л. Горемыкина, Б. В. Штюрмера, А. Ф. Трепова и кн. Н. Д. Голицына), четырёх министров внутренних дел (А. Н. Хвостова, Б. В. Штюрмера, А. А. Хвостова и А. Д. Протопопова), трёх министров иностранных дел (С. Д. Сазонова, Б. В. Штюрмера и Н. Н. Покровского), двух военных министров (А. А. Поливанова, Д. С. Шуваева) и трёх министров юстиции (А. А. Хвостова, А. А. Макарова и Н. А. Добровольского).

К 1 января 1917 года произошли изменения и в Государственном совете. Николай исключил 17 членов и назначил новых.

19 января (1 февраля) 1917 года в Петрограде открылась встреча высокопоставленных представителей союзных держав, вошедшая в историю как Петроградская конференция (q.v.): от союзников России на ней присутствовали делегаты Великобритании, Франции и Италии, которые также посетили Москву и фронт, имели встречи с политиками разных политических ориентаций, с руководителями фракций Думы; последние единодушно говорили главе британской делегации о неминуемой революции либо снизу, либо сверху (в форме дворцового переворота)


Назад к содержимому | Назад к главному меню