Историк

Перейти к содержимому

Главное меню

Книга мертвых

Загадки истории

Древнеегипетская Книга Мертвых это не книга о смерти. Это книга о жизни, победившей смерть. Парадоксально, но столь эффектное название, ставшее почти таким же распространенным символом Древнего Египта как пирамиды, мумии и папирус, совершенно не соответствует содержанию и идее самого произведения. Более того оно прямо противоположно по смыслу подлинному его названию. Но дело не только в Книге Мертвых проблема несравненно шире.

Уже давным-давно Древний Египет совершенно превратно представляется европейцами страной смерти, в которой жили люди, якобы поклонявшиеся ей и всю жизнь готовившиеся умереть. Отчасти, это закономерное следствие источников наших знаний вероятно, больше 95% памятников Древнего Египта найдены в гробницах. Попробуйте представить, какое впечатление произведет наша цивилизация, если будущему историку предоставить только материал наших некрополей?

И, наоборот, далеко не все древнеегипетские памятники будут не специалистом ассоциироваться с миром мертвых. Например, на стенах гробниц чиновников эпохи пирамид представлены практически все стороны жизни на Ниле: сельскохозяйственные работы, ремесла, охота и рыболовство и т. д. И как представлены ярко и солнечно! Не удивительно, что среди этих изображений встречаются даже юмористические. Кстати, любовь к шутке отличает современных египтян от других арабов здесь сохранился не только антропологический тип, но и национальный характер. К сожалению, эта тема смеховая культура древних египтян пока остается почти закрытой зоной для египтологов. Причина, конечно, не в отсутствии интереса к этой проблеме у ученых, а в сложности ее решения. Давно прозвучавший смех как запах бывает почти неуловим. Он различен в различные эпохи и у разных народов, различен в разных слоях одного и того же общества, а если в культуре господствует индивидуальное начало, он в какой-то мере различен и у каждого смеющегося. Даже зафиксированный текстами юмор (например, излюбленный прием египетских писцов игра слов) улавливается порой с большим трудом, и вероятно, часто остается необнаруженным. Изучение смеховой культуры требует от историка проникновения в довольно аморфную и зыбкую область менталитета.

Примечательно, что именно в эпоху Нового царства (XVI-XI вв. до н. э.), главный период бытования Книги Мертвых (впрочем, важна, конечно, и ее более поздняя «Саисская редакция»), резко возрастает количество юмористических текстов и рисунков. К этому времени относится удивительный мифологический рассказ «Тяжба Хора с Сетхом», в котором осмеянию подвергаются основные боги Египта. И ладно бы Сетх, скомпрометированный убийством Осириса и выставленный здесь глупым качком, публично оскорбляют самого царя богов Амона-Ра! Еще веселее эротические рисунки имеется даже «сборничек комиксов» (Туринский эротический папирус: изображения примечательны тем, что они именно юмористические, а не похабщины ради).

Итак, название «Книга Мертвых» прочно связалось с погребальными текстами, хотя египтологи (сами, кстати, «пустившие» это название в свет) хорошо знают, что оно более чем условно. Подлинное название произведения переводится: «Изречения выхода в день». В нем отражается вся основная суть этого замечательного текста помочь умершему миновать все опасности загробного мира, пройти посмертный суд и вместе с солнечной баркой бога Ра вновь вернуться на землю, т. е. ожить, воскреснуть «обновиться», как говорили египтяне. Победить врага смерть, чтобы вести духовно-чувственное существование в омоложенном, нестареющем теле на вечно прекрасной плодородной земле в окружении своих родных и близких. Это книга о преодолении смерти, о победе над ней и одновременно о том как это сделать. Необходимо подчеркнуть, что в одной из центральных по значению Глав Книги Мертвых нашла выражение одна из величайших идей человеческой культуры идея загробного воздаяния (ее рождение в Египте относится к более ранним периодам. В гробницах Древнего царства покойный заявляет в своей «автобиографии»: «Я давал хлеб голодному, воду жаждущему, одежду нагому [Делал так], чтобы было хорошо мне у бога великого». А как вам понравиться: «Из-за меня никто не провел ночь без сна» (т. е. я никого не расстроил, не обидел, не разгневал).

Книга Мертвых имела колоссальное значение для духовной и религиозной жизни древних египтян. Она не была ни погребальным ритуалом в чистом виде, ни молитвенником, ни сборником мифов. Трудно даже сразу подобрать подходящее название для этого удивительного и необычайно важного памятника. Действительно, говоря о ней, легче перечислить, чем она не была; или, может быть, будет вернее сказать, что для египтян она была всем этим одновременно в религиозной литературе христианства, буддизма и ислама, т. е. великих мировых религий нет ничего, что можно было бы сравнить с этим поразительным произведением богословской мысли высочайшей древней языческой культуры. Видимо, можно сказать, что Книга Мертвых была квинтэссенцией, средоточием духовных, религиозных и мировоззренческих представлений тысячелетней культуры, прошедшей уникальный для мировой истории (протяженностью свыше 3 тысяч лет!), никем не пресекавшийся путь от древнейших первобытных очагов сознания до высочайшей цивилизации, сыгравшей колоссальную роль в мировой культуре и никогда не терявшей теснейшей преемственной связи со своим «доисторическим» прошлым.

В Египте до Книги Мертвых (а ее древнейшие списки относятся к XVII-XVI вв. до н. э.) существовала могучая традиция заупокойной литературы это Тексты пирамид, записанные в конце Древнего царства (XXIV-XXII в. до н. э.), а датируемые более удаленными от нас периодами, и Тексты саркофагов (XXI-XVIII в. до н. э.). Для нас это, наверное, действительно странное произведение разновременный по происхождению конгломерат весьма «практических» изречений, вплоть до прямого (как нам кажется) обмана загробных судей, туманных диалогов, магических заклинаний и текстов, удивительных по своей образной и художественной силе, потрясающих своим духовным, философско-этическим прозрением. Для египтян, отправляющихся в царство Осириса, хрупкий папирусный свиток был почти единственной реально осязаемой надеждой пройти невредимым через кошмарный, ужасающий, населенный чудовищами мир мир змей, скорпионов, призраков, непреодолимых преград, озер пламени и магических кристаллов. Мир, восходящий к бесконечно далеким временам первобытных обрядов инициации, сумрачным туманным осколком сохранившийся на протяжении тысячелетий. Для древних египтян их волшебный свиток был священной книгой, божественным откровением, дарованным людям свыше представление, далеким отблеском сверкнувшее в скрижалях Моисея.

Определяя свою письменность как «меду нечер» «божественная речь», египтяне возводили ее изобретение к великому богу мудрости и знания Тоту, а свитки священных книг называли «Бау Ра» «Душами [бога] Ра». Божественное происхождение Книги Мертвых было очевидным и, как все божественное, ей сопутствовала тайна: «Сделай книгу так, чтобы не видел человеческий глаз она расширяет шаги на небе, на земле, в преисподней. Она полезнее церемоний отныне и вовеки» (Глава 144).

Эти последние слова наилучшим образом отражают отношение самих древних египтян к этому замечательному произведению. Без представления о том, чем же была для них Книга Мертвых, видимо нельзя постичь сути и духа их удивительной культуры слишком уж много представлений о бытии и мировом порядке в нее попало. Так что может быть не так уж и не правы были те, кто называл Книгу Мертвых Библией Древнего Египта. Что можно утверждать уверенно это первая в истории иллюстрированная книга.


Назад к содержимому | Назад к главному меню